Непридуманная сказка

В голове стучало только одно: уйти, срочно, сейчас же, пока жива, пока совсем не изувечена, ни физически, ни морально…

… Но она никуда не ушла почему-то. То ли от безволия, то ли всё-таки от любви. Хотя, какая уж тут любовь…

Он ушёл сам. Через год с небольшим того, что и семейной жизнью-то назвать невозможно. Всё это время он в полном соответствии с законами жанра пил, изменял, не считая нужным ничего скрывать, пропадал в кабаках с друзьями и люто ненавидел её, Александру. Правда, бить больше не бил, потому что, когда попробовал сделать это снова, Саша схватила первое, что попалось под руку (это оказалась тяжёлая каменная статуэтка) и выдохнула ему в лицо: «Только попробуй!»

Захар посмотрел на неё долгим тяжёлым взглядом, но руку опустил и отошёл.

Семьи, о которой так мечтала Саша, не стало. Но в соседней комнате жила мама, и Захар с Сашей, по какой-то необъяснимой негласной договорённости старательно делали перед ней вид, что всё хорошо, на деле живя в состоянии холодной войны.

Случались, правда, и относительно мирные периоды. В один из таких редких моментов Захар спросил у неё:

– Ты что, меня приворожила, что ли?

– Что я, совсем с ума сошла? – ответила она, пожав плечами. – С чего ты взял?

– Ну, посуди сама. Любить я тебя не люблю. Правда, уважаю. Девка ты умная и сильная. Непонятно только, с какого перепугу со мной живёшь… Значит, любить не люблю. – Он загнул мизинец, украшенный золотой печаткой.

Александра терпеть не могла никаких украшений у мужчин, кроме тех, что и украшениями-то не являлись: крестика да обручального кольца.

Захар ни то, ни другое не носил, а вот печатку уважал. Она с отвращением посмотрела на его красный палец с рыжеватыми волосками и в который раз внутренне содрогнулась. И ведь любви-то уже, пожалуй, не осталось. А вот – поди ж ты! – живёт с человеком чужим и нелюбимым уже. Смотрит на него каждый день, сама себе удивляется, но ведь живёт! И самой-то себе не объяснишь, в чём дело, а уж другим и подавно.

Уже давно она стала просыпаться по ночам и подолгу лежать, чувствуя себя маленькой одинокой пылинкой в огромном мире. Когда она поняла это впервые, даже села на кровати, тяжело дыша от испытанного ужаса. Одна… Совершенно, безнадёжно одна. Тогда в её жизни ещё не появилась Ангелина, а маме рассказать обо всём было нельзя: расстроится. Да и не хотела она их свадьбы с Захаром, не нравился он ей. Но Александра настояла. Глупая, самонадеянная и наивная.