Непридуманная сказка

С аппетитом съев полную тарелку ленивых голубцов – стряпню жены он очень любил, – благодушно откинулся на спинку стула, облизал пальцы – от этой его привычки Александру всегда мутило, – поковырял зубочисткой во рту и вдруг сказал:

– Я от тебя ухожу.

Она, моя посуду, даже не сразу поняла, что он сказал, а когда осознала всё-таки, медленно повернулась к нему и смогла спросить только:

– Ты это сейчас решил?

– Да какая разница? – моментально раздражаясь, пожал он плечами.

– Мне интересно, когда ты мне предлагал работу оставить, знал ли ты уже о том, что бросишь меня.

Да ещё вот так… в праздник.

Захар промолчал. Александра посмотрела на него внимательно и кивнула, горько скривив, сжав губы, чтобы удержать подступившие слёзы.

– Значит, знал. Как же ты так? Зачем ты так со мной? А если бы я потом работу не нашла?… – Она с интересом оглядела его с ног до головы. – На что бы мы с мамой жили? Как-то это… слишком, Захар. Ну, ведь даже в тебе должна быть хоть толика человека…

Он ничего не ответил, встал и вышел из кухни.

Вскоре хлопнула входная дверь. А она осталась.

Саша рыдала всё у той же самой мойки, где застали её слова Захара, в компании Ангелины. Рыдала от обиды, громко, навзрыд, как плакала в последний раз лет в шесть, когда на даче у подружки соседские мальчишки стащили её любимого пластмассового пупса да ещё и, напихав внутрь песка, утопили в местном пруду.

– Сань, – страдальчески морщась, спрашивала Ангелина. – Ну, куда ж ты глядела? Что ж ты так? Ты же умница, красавица.

– Я не красавица!

– Ну, пусть не идеальная, Бог с тобой! Но очень, очень симпатичная!

– Ангел! Мне. Никто. Никогда. Не. Говорил. Что. Я. Красивая. Понимаешь?! Папа с мамой не считали нужным, наверное. Другие тоже. Тебя у меня тогда не было! А Захар… он сказал… И я поверила…

– Часто?

– Что часто?

– Часто говорил?

Саша вдруг совсем сдулась:

– Один раз…

– Что-о-о?! Бедная, бедная моя Санька! Всё понятно. Ты – недолюбленный ребёнок.

– Как ты сказала? Недолюбленный? Да нет… Меня любили, вроде бы…

– Точно тебе говорю – недолюбленный, недоласканный.

Родители с утра до ночи на работе горбатились, приползали еле живые. Бабушек-дедушек у тебя не было. Приласкать ребёнка некому было. Вот тебе всё время и нужно, чтобы тебя хвалили, говорили, что ты хорошая, умная, красивая, добрая. Ты же и на работе из-за этого пашешь как проклятая и всем помогаешь всегда. Из-за гипертрофированной ответственности и доброго сердца, конечно.