Новое сердце

Так вот каково это – чувствовать себя взаперти.

Я уже начал немного паниковать, когда внутренняя дверь со скрежетом открылась и мы двинулись вдоль очередного коридора.

– Вы никогда здесь не были? – спросил начальник тюрьмы.

– Нет.

– Привыкнете.

Я окинул взглядом шлакоблочные стены, ржавые помосты и усмехнулся:

– Сомневаюсь.

Мы вошли в дверь с надписью: «ЯРУС I».

– Здесь содержатся самые отъявленные преступники, – сказал Койн. – Не ручаюсь за их хорошее поведение.

В центре служебного помещения находился пульт управления.

Молодой офицер сидел перед телемонитором, на экранах которого появлялись панорамные изображения внутренней части галереи. Стояла тишина, или, быть может, дверь была звуконепроницаемой. Я подошел к ней и, приоткрыв, осмотрел ярус. Ближайшей ко мне была пустая душевая, за ней находились восемь камер. Я не видел лица мужчин и не знал, который из них Шэй.

– Это отец Майкл, – сказал начальник тюрьмы. – Он пришел поговорить с заключенным Борном.

Койн вручил мне бронежилет и защитные очки, словно я собирался на войну, а не в камеру смертника.

– Нельзя входить туда без надлежащего снаряжения, – предупредил он.

– Входить?

– Где, по-вашему, отец, вы встретитесь с Борном? В кафе «Старбакс»?

Я предполагал, что для этого есть какое-то специальное помещение. Или часовня.

– Мы останемся с ним наедине? В камере?

– Нет, черт возьми! – ответил Койн. – Вы будете стоять на галерее и разговаривать с ним через дверь.

Переведя дух, я набросил бронежилет поверх моего одеяния и приладил очки на лицо. Сотворив краткую молитву, кивнул.

– Открывай! – велел Койн молодому офицеру.

– Да, сэр, – ответил парень, явно волнуясь в присутствии начальника.

Он взглянул на панель управления перед собой, пестрящую мириадами лампочек и клавишей, и нажал на кнопку слева от себя, но в последний момент понял, что выбрал не ту. Моментально открылись двери всех восьми камер.

– О господи! – вытаращив глаза, охнул парень, а начальник тюрьмы оттолкнул меня в сторону, принявшись нажимать рычаги и клавиши на панели управления.

– Уберите его отсюда! – рявкнул Койн, мотнув головой в мою сторону.

В динамиках зазвучал его голос: «На первом ярусе освободились несколько человек. Требуется немедленная помощь офицерского состава».

Я стоял прикованный к месту, пока из камер, как яд, просачивались заключенные. А потом… ну, начался настоящий ад.