Нитяной моток

Та девчонка, к которой меня посадила классная, когда я только пришла в школу, однажды прямо на уроке собрала вещички и перебралась на заднюю парту. Угарно было наблюдать, как, пока она сгребала в рюкзак книжки-тетрадки, у нее на лице деланое отвращение боролось со смущением. Ржака же. У девахи буквально на лбу было написано, что ее подговорили так поступить и что ей самой от этого не по себе.

Я особо не парилась. Держалась особняком. В конце концов, все они однажды исчезнут из моей жизни. Школа закончится, и прости-прощай.

Зачем трепать нервы из-за случайных людей? И потом… я привыкла. Нет, в старом классе меня не обижали. Но и друзей у меня там тоже не было. Ну, если не считать хакера Славика. Да и то он не в нашем классе учился, а в параллельном. Мы с ним поэтому, видать, и подружились, что похожи: он белая ворона и я пернатая той же породы. Или, может, потому, что в соседних подъездах жили. Хотя при чем тут где мы жили, – мы ж в основном в Сети общались, ВКонтосе. Ну, сейчас-то – ясное дело, на другой конец города не наездишься. Но и раньше мы только виртуально трепались, а в школе просто кивали друг другу, и все. Мол, привет-привет.

В общем, я всегда была сама по себе. Не из высокомерия, нет (хотя некоторые именно так и думают). Просто у меня не получается сходиться с людьми. Смотрю, как девчонки обнимаются при встрече, делятся секретами, ходят вместе гулять… И мне кажется, что они инопланетянки. Как у них это получается? Как? Разве непреодолимая сила не тянет их закрыться, спрятаться в скорлупе, надеть забрало? Разве у них в голове не звучит свистящий шепот: «Не подходи.

Не подставляйся. Они предадут тебя. Обязательно предадут»?

Что-то я отвлеклась.

Вернемся к нашим баранам. К овцам, точнее сказать.

Я, значит, вся такая гордая, сидела за третьей партой на среднем ряду. В одиночестве. Как Робинзон на необитаемом острове. И даже и не помышляла о поиске Пятницы. А Маринкина парта на том же ряду – пятая. То есть когда Маринке нужно было выйти из класса, она неизбежно проходила мимо меня.

Не думайте, что я просто так треплюсь – это важно для истории.

Ну так вот. Шел урок географии. У меня на столе много чего лежало: пособия там разные, контурные карты, атлас, тетради. А еще – раскрытый пенал с цветными карандашами: мы над картой России работали.

И тут слышу Маринкин голос: мол, Ольга Михайловна, можно ли выйти. Училка говорит: «Иди». А через несколько секунд все мои вещички со стола на пол летят.