Правдивые байки воинов ПВО

Когда до курсантов стала доходить информация, что Делегат несколько раз «зарубил» представление Васильева к присвоению генеральского звания, это еще больше добавило отрицательных эмоций в делегатский адрес.

Отношение к Васильеву было особым: его боялись, но уважали. Даже клички в курсантской среде он не имел. Называли мы его просто по фамилии. Доморощенные анекдоты о нём, и те были какие-то необидные.

«Увидел как-то Васильев курсанта, спрыгнувшего с забора и прячущегося от него в кустах.

«Товарищ курсант, ко мне!»

Тот подходит, докладывает, как положено.

Васильев: «Что вы в кустах делали?»

Курсант: «Присел по большой нужде, товарищ полковник!»

Васильев: «Пойдёмте, покажете!»

Подходят к кустам, курсант показывает на кучу.

«Так это же собачье!» – удивлённо говорит Васильев.

«А жизнь-то какая, товарищ полковник…»

Полулегендарный случай произошёл с ним в такой обстановке. Сразу после отпуска, когда народ после «гражданской» жизни пребывал еще в «расслабленном» состоянии, Васильев обходил казармы.

Васильев сам встал на тумбочку вместо дневального, чем посеял ужас в ряды внутреннего наряда.

Предложить «сойти» ему ни дежурный по батарее, ни дневальный, так опрометчиво покинувший тумбочку, не осмелились, конечно.

Васильев стоял на «тумбочке» и образцово отдавал честь всем проходившим мимо курсантам, как это и требовал Устав ВС.

В это время в казарму примчался комбат, прослышавший, что Васильев делает «обход».

Какого же его было удивление, когда в родной казарме «на тумбочке» вместо курсанта – дневального его встретил… Васильев, подавший к тому же команду «Батарея, смирно!!!», как это и требовалось по Уставу.

Бедного комбата чуть удар не хватил.

«Вольно!!!» – браво продублировал Васильев.

Содержание последовавшей за этим их приватной беседы в канцелярии так и осталось тайной.

Однажды зимой на 1 курсе «на тумбочке» дневальным у нас стоял Вовочка Колиниченко. Он обладал удивительно тонким и пронзительным голосом, над чем все мы постоянно подсмеивались. (Потом таким, «вовочкиным», голосом стал разговаривать на сцене Е. Шифрин.