Черный список

Заметив, выбравшегося из машины, Белостоцкого девушка поднялась на ноги и легкой походкой двинулась навстречу.

– Спасибо, что так быстро приехали. – Улыбка была похожа на солнечный зайчик. – Я бы не хотела оставлять Ромку одного надолго. Моя мама, когда желает знать правду, способна вытянуть жилы из любого.

– Ну, во-первых, здравствуйте, Анжелика, – начал Владимир.

– Здравствуйте, – она кивнула.

– А во-вторых, скажите, насколько все серьезно?

– Кажется, по телефону я вам все объяснила, – Анжи отступила на шаг назад.

 – Ребенок не хочет возвращаться к отцу, который ему постоянно лжет. Я его не осуждаю. От вас мне были нужны только его вещи. Точка.

– Но вы-то должны понимать всю абсурдность этой ситуации? Я надеялся, что вы попытаетесь его переубедить, а вы вместо этого потакаете капризам Романа…

– Это не каприз, – перебила девушка. – Речь идет о его будущем. Можете делать, что угодно, ребенок останется здесь. Хотите, будем решать вопрос с органами опеки, куда я, как взволнованный преподаватель, просто обязана буду обратиться.

Пока Роман сам не решит вернуться домой ни вы, ни господин Шеффер его не получите. Можете обращаться в полицию, в суд, хоть к Господу Богу, мне абсолютно все равно. Пока ваш клиент не докажет, что он собирается быть отцом своему ребенку, мальчика я не отдам. А судя по всему, этому не суждено случиться, в принципе.

– Вы несправедливы.

– Возможно. Если бы речь шла только о вашем клиенте, я бы даже не позвонила, – злобно добавила Анжи. – Но вы и бабушка Романа такого отношения не заслуживаете.

Вы, по крайней мере, беспокоитесь о судьбе мальчика.

Владимир покачал головой и, похлопав по карманам пиджака, вытащил пачку сигарет.

– Вы так любите Романа? – вопрос был задан нормальным человеческим тоном.

– Очень, – девушка улыбнулась. – Я вообще люблю детей. Мне нравится учить их думать, поэтому и решила стать преподавателем. А Роман, не знаю… Мне самой странно, то как быстро и сильно я к нему привязалась… В общем, за ребенка, не беспокойтесь.

В школу Роман будет ездить со мной, жить в комнате моего отчима, пока тот в командировке. Думаю, девятилетний ребенок меня не объест.

Влад смотрел на учительницу так, словно видел впервые. Причуда судьбы. Чужая женщина, сама не далеко ушедшая от ребенка, полюбила Романа сильнее, чем родная мать… Сейчас Владимиру было понятно, почему Ромка был так сильно привязан к своей учительнице. С ней ему было спокойно. Она на словах и в делах была одинаковой.