Русские писатели о цензуре и цензорах. От Радищева до наших дней. 1790–1990

Представленная антология – попытка в какой-то мере восполнить указанный пробел, хотя составитель ее прекрасно понимает, что и она не охватывает все без исключения тексты русских писателей, посвященные столь обширной и важной теме. Он будет благодарен всем читателям, сообщившим о более или менее существенных пробелах в настоящем издании.

Часть I

Эпоха императорской цензуры

Дореформенная Россия

(конец XVIII – первая половина XIX в.)

Впервые отношение к свободе слова и печати сформулировано в «Наказе» Екатерины II (которая сама, между прочим, была писательницей), выдержанном в духе идей французского Просвещения: «Запрещаются в самодержавных государствах сочинения очень язвительные: но оные делаются предлогом, подлежащим градскому чиноправлению, а не преступлением; и весьма беречься надобно изыскания о сем далече распространять, представляя себе ту опасность, что умы почувствуют притеснение и угнетение: а сие ничего иного не произведет, как невежество, опровергнет дарования разума человеческого и охоту писать отнимет»[14 - Наказ… Екатерины… данный Комиссии о сочинении нового Уложения.

СПб., 1820. Ст. 484. С. 233.].

Конечно, сказано это было напоказ, скорее для Вольтера и других великих французов, с которыми она вела тогда активную переписку. Тем не менее на первых порах, в 60—70-е годы, началась некоторая «секуляризация» печатного слова: разрешены к изданию некоторые частные журналы, немцам-книгоиздателям дозволено было завести в Петербурге частные типографии.

Наконец, в 1783 г. ею издан «Указ о вольных типографиях», положивший начало частному книгоиздательскому делу в России. Одновременно была введена обязательная предварительная цензура, возложенная на управы благочиния, то есть полицейские учреждения. Указ предписывал наблюдать, чтоб «ничего в книгах противного законам Божеским и гражданским, или же к явным соблазнам клонящегося, не было; чего ради от Управы благочиния отдаваемые в печать книги свидетельствовать и ежели что в них противное Нашему предписанию явится, запрещать; а в случае самовольного напечатывания таковых соблазнительных книг, не только книги конфисковать, но и о виновных в подобном самовольном издании недозволенных книг сообщать куда надлежит, дабы оныя за преступление законно наказаны были».

Невежественные полицейские чиновники, «урядники благочиния», которых так гневно обличал Радищев (см. ниже главу «Торжок»), в то время все же формально относилось к просмотру рукописей.