Калейдоскоп из осколков

Накануне Рождества

Зима-зима— сплошная канитель.

Опять в мороз навьючивать одежды,

Согревшись неутраченной надеждой,

Как манну ждать апрельскую капель

И дни считать, рисуя вензеля

Дыханием на запотевших окнах,

Сквозь рой и суету снежинок блёклых

Смотреть, как по стеклу ползёт слеза…

И остывает позабытый чай

На дне стакана солнышком лимона,

И ложечка хрустальным перезвоном

О Рождестве напомнит невзначай…

Сочельник скоро, и звезда взойдёт,

Та, что над Ним когда-то восходила.

До наших дней от сотворенья мира

Всё те же звёзды и небесный свод,

И ночь грядёт такая же, как будто,

В безверии недолго пребывать,

Чтоб нас спасти, вот-вот Мария-мать

Родит на свет Божественное чудо.

Муха в янтаре

За осенью зима придёт неумолимо,

Моя печаль светла, присутствует незримо

Комочком янтаря, упавшего на иней,

Как островок огня, искрящийся на синем.

В холодном январе сосны горячей – слёзы,

А муха в янтаре – нечаянная проза,

Как жизни краткий миг— окаменевший пламень,

Что бережно хранит теплом особый камень,

Ладонь не обожжёт, лишь поиграет светом,

Зимою сбережёт для нас частичку лета,

Упавшего в сачок из невесомой ткани,

Как солнышка зрачок, запаянного в грани.

И будет согревать сильнее дров в камине,

Немного волновать причудливостью линий,

Немного укорять, пеняя на беспечность,

И снова открывать природы безупречность,

Оберегать от зла, судьбы хитросплетений—

Застывшая смола и замершее время.

Что делать, не люблю зиму

Что делать, не люблю зиму,

И как бы мне о ней ни пели,

Я всей душою не приму:

Ни снег, ни вьюги, ни метели.

Мне дела нет до хрусталя

И белизны, что без прикрас,

И белоснежные поля

Слепят мой безыскусный глаз.

Мороз, что не бодрит отнюдь,

А пробирает до кости,

Всю вымораживает суть,

И стынут мысли-мотыльки,

И в ожидании приговора,

На смерть летят, на холода,

И вместо пламени мотора—

Застывший в сердце лишь кусочек льда.

Февраль

Февральский день, застыли свет и тень,

Дрожат мостов озябшие скелеты,

И палки одиноких фонарей

Вонзаются в метель замёрзшим светом.

Мосты, мосты, ах, если б только знать

Заранее, какая ждёт реальность:

Вас возводить, чтобы потом сжигать —

Такая вот отчаянная крайность.