Дикий шалфей

 – Во-вторых, может быть, мы начнем наше знакомство с чего-нибудь более простого? Например, почему бы тебе не спросить, чем я занимаюсь или какое у меня хобби?

– Уклоняешься от ответа. – Он пожал широкими плечами, а затем и вовсе погнал лошадь чуть быстрее, чем это требовалось.

Мне действительно меньше всего сейчас хотелось делать Нарана объектом нашего разговора, но маленькое любопытство околдовало меня сильнее и я не удержалась спросить:

– Что это? Шестое чувство или третий глаз? Или на лбу написано?

Сейчас разговор пошел именно по тому течению, на которое он и рассчитывал, иначе я бы не увидела снова этой заискивающей победной улыбки.

– Кольцо на пальце, – как всегда просто ответил он, замедляя шаг лошади. – Какой мужчина позволит красивой женщине уехать одной в глухую степь? Либо ты сама сбежала, либо он действительно тот еще псих.

Я сглотнула тяжелую слюну. Маленький золотой обруч с настоящим камушком посередине вот уже много лет стягивал мой безымянный палец, определяя мой статус перед другими.

Его слова сорвали с меня все покровы, всю подноготную. Он видел, что внутри меня, или догадывался?

Почему-то у меня пропало оставшееся желание играть в игру под названием Засунь свой нос не в свое дело.

Прошло часа два с тех пор, как мы в последний раз обменялись простыми фразами. Бедра и ноги ужасно горели, и я бы с радостью сейчас легла на землю, чтобы хоть как-то выпрямить свою спину, которая так и хотела принять позу вопросительного знака.

Вдруг ни с того ни с сего что-то интересное привлекло мое внимание.

Охваченная любопытством, я мгновенно спрыгнула с лошади и направилась к тому участку земли, где заметила блестящий браслет, красиво переливающийся на солнце. Данзан подъехал чуть ближе и вытянул свою длинную, как у гуся, шею, чтобы узнать, что же я держу в руках.

– Положи на место, – мягко, но твердо сказал он, когда понял, что же я именно нашла. – Это может быть браслет шамана, случайно оброненный на землю.

Не слушая его ворчание над ухом, я продолжала внимательно вглядываться в каждый замысловатый узор ремешка, который напоминал змеиную кожу.

Помимо этого, к нему было прикреплено два страшных изображения лица: золотое и серебряное. Чем больше я вглядывалась, тем сильнее наводила я себя на мысль о том, что это лицо кого-то мне напоминает; но вот кого?

– Наран! – вскрикнула я и откинула браслет как можно подальше от себя, избавляясь от него, словно от прокаженной свиньи.