Зимняя книга. Серия «Книга шестерых». Сборник рассказов

Что Светка и Огонёк будут учиться в одном классе и поцелуются на выпускном, и их дружбе придёт конец. Что скоро не будет страны, в которой они шили свои костюмы.

Наступал 1991 год.

Они были детьми и ещё ничего не знали.

Эпистолярный жанр

Новый год только отгремел каждодневными салютами под окнами, и на Светку накатило: бывают такие моменты, когда будто бы приоткрывается окно в прошлое, веет чем-то особым оттуда, из этого временного портала. Ключом может стать что угодно – цвет снега под вечерним фонарём, звук, запах, случайная песня, донёсшаяся из чужой машины…

Светку догнали зимние каникулы времён её учёбы в одиннадцатом классе.

С Кудряшкой, давней подругой, с которой так много было прожито тогда, уже не виделись сто лет, и неизвестно теперь, когда что-то будет снова. А ведь именно те каникулы стали поворотными в её судьбе. Без преувеличений!

Светка вдруг достала пачку листов – и села писать. Письмо, туда, Кудряшке:

«Ты помнишь? Мы познакомились в поезде.

Путь был дальний, нам всем предстояло провести неделю вместе: олимпиада с понедельника по пятницу, плюс выходной на церемонию закрытия, плюс дорога около полутора суток в один конец, с остановками в Москве на много часов по пути туда и оттуда.

Я была мрачный интроверт. Она – совсем другое дело! Кудри, очки, голубые глазища, смешливая и лёгкая. Мы в разных возрастных группах – она на год младше, и как же хорошо, что соперничества у нас нет и никакая тень не падает на нашу дружбу!»

Светка задумалась.

Почему «она», если должно быть «ты»? Ладно, потом.

«А нашу команду помнишь? По вечерам мы шушукаемся про всякое: у кого какая школа, мальчики, увлечения… Все оказываются влюблены и печальны: всё безответно, грустно, избранник играет в Онегина – то взгляды томные кидает, то не мила ты мне. Конечно, все пишут стихи. Она пишет лучше и талантливее меня, это круто».

Светка вновь остановилась: опять она, да что ж такое.

«В Москве на обратном пути мы гуляем по Красной площади, фоткаемся на фоне здания МГУ на Моховой, и я говорю ей: я буду тут учиться.

Она смеётся, будешь, чего ж нет!

А потом у нас будет целый роман в письмах. В жанровом, конечно, смысле. Эпистолярный роман про дружбу. В бумажных письмах, настоящих. Между нашими городами то ли двести, то ли триста километров: очень много в провинции, когда тебе всего семнадцать. Конверты ходят толстые, мне всегда приходится доплачивать за вес при отправке.