Зимняя книга. Серия «Книга шестерых». Сборник рассказов

Он не сомневался, что многие сегодня узнают его, ведь те, кто несёт сказку другим, обладают повышенным восприятием сверхъестественного.

Давно уже он не пользовался магией для перемещения: компактный частный бизнес-джет переносил его по миру с не меньшим комфортом, чем сказочная оленья упряжка.

Взойдя на борт, Клаус расположился в удобном кресле, прикрыл глаза и задумался о превратностях судьбы страны, которую собирался посетить.

Многострадальная Россия, где сначала его называли Николаем, потом – Дедом Морозом, теперь – Санта-Клаусом, несмотря на тяжесть собственной истории, всегда фанатично верила в старика.

В тот момент, когда его стали называть Дедом Морозом, а свобода вероисповедания была лишь номинальной статьёй Конституции, он оставался единственной высшей силой, существование которой официально признавали. Наверное поэтому, не только малютки, но и взрослые, лишённые бога, так искренне стремились к нему, так наивно и честно выражали свои пожелания на следующий год. Санта проникся к населению именно этой страны необычайно тёплым чувством, простив даже прозвище «дед».

Визиты в Россию были регулярными, даже «железный занавес» не мешал ему лично поздравлять малышей. И сегодня старый Клаус предвкушал искреннюю радостную атмосферу новогоднего праздника.

У трапа самолёта его встретил чёрный «Джип» – в других странах такой автомобиль бросался бы в глаза, но здесь не считался даже шикарным: многие гости прибудут на сегодняшний вечер в гораздо более дорогих авто.

Уважая своё личное время, Клаус всегда рассчитывал время прилёта к началу концерта.

Попав в гримёрку, он уселся напротив зеркала. Не желая использовать конкурентное преимущество, Клаус пользовался обычным гримом и накладной бородой, ведь все его менеджеры – ряженные Санты – тоже были вынуждены проходить подобную процедуру. И ничего удивительного, что некоторые из них выглядели более харизматично, чем оригинал: успехи учеников только радовали учителя.

В конце концов, даже Чарли Чаплин не смог победить на конкурсе своих двойников…

Концерт начался. Его импресарио, он же конферансье, ассистент и телохранитель, за бледностью кожи при необходимости исполнявший роль Снеговика, постучал в дверь трижды: пора было выходить.

Ну что ж – Санта всегда немного волновался перед выходом к публике – в добрый час! Выйдя из гримёрной, он решительным шагом направился к сцене по коридору.