Убей меня, когда разлюбишь…

Видимо, от «большой любви» к нему, так думал Алексей. Он влетел в школу, словно ураган, за пять минут до звонка. Быстрыми, решительными шагами двигался по коридору, то и дело встречая кокетливые взгляды старшеклассниц.

– Здравствуйте, Алексей Сергеевич, – окликнул его девичий голос.

Он обернулся, возле кабинета русского языка стояла Пташкина Ксения, смущенно улыбаясь.

– Привет, – кивнул он на ходу и прошел мимо.

– Как провели выходные? – спросила девчонка ему вслед.

– Замечательно, – не оборачиваясь, ответил Долотов.

Алексей уже давно вырос из штанишек Нахаленка и прекрасно понимал: Ксения к нему неровно дышит. Долотов уже не преподавал в ее классе, так как они стали восьмиклассниками и их передали новому, более опытному педагогу по истории, который пришел на смену Наталье Петровне. Девчонка проходу Долотову не давала. Где бы ни встретила, она непременно пыталась всячески привлечь к себе внимание и заговорить с ним. Она и так была развита не по годам, а за прошедшие месяцы заметно повзрослела: ей с трудом можно было дать пятнадцать лет.

Долотов придерживался жесткого табу: никаких отношений с ученицами. А вдобавок тут еще и малолетка, Алексей твердо знал – это срок.

После выпитого накануне спиртного, голова трещала, как переспелый арбуз. От быстрой ходьбы Алексею было невыносимо жарко. Больше всего в работе учителем его раздражало то, что приходилось носить ненавистные пиджак и рубашку. Как же он не любил одежду, в которой чувствовал себя некомфортно.

Алексей вспомнил случай, когда знакомая девушка впервые увидела его в костюме.

Как-то раз он допоздна задержался в школе: тогда ему поставили урок последним, да еще и во вторую смену. Вечером того дня у них с Николаем была назначена встреча с Игорем, владельцем небольшой звукозаписывающей студии в центре города. Знакомый Принца, который порекомендовал студию, утверждал, что хозяин вполне адекватный и сделать у него запись стоит совсем недорого. К тому времени, как Долотов закончил урок, друг уже ожидал его под воротами школы. Времени на то, чтобы сменить ненавистный костюм на спортивные штаны и толстовку, у Алексея не было.

Уж лучше бы они не приезжали на ту встречу. Оказалось, для того чтобы сделать один трек под ключ, нужно было выложить тысячу долларов. Один час работы в студии стоил сорок баксов, плюс сведение, чистка, аранжировка и так далее. А чтобы записать полностью альбом, например, из двенадцати треков, соответственно нужно заплатить двенадцать тысяч.