Загадочная жизнь мисс Айви

В Китае она реставрировала книги для одного состоятельного продавца кожаных перчаток и обуви. Обманывая клиентов, он завышал цену за каждый товар и даже торговал подделками; те, в свою очередь, ловко возмещали разницу, расплачиваясь фальшивками. Даже жена этого человека воровала деньги из кассы ради собственных родителей, братьев и сестер. Мэйфэн вела приходно-расходную книгу, складывая и вычитая в уме четырехзначные цифры не хуже любого калькулятора. За каждый такой перевод она приписывала себе пару лишних монет.

В Массачусетсе же, отчаянно пытаясь найти работу, благодаря приобретенным ранее навыкам она стала неплохо экономить: устраивала мелкие кражи, меняла ценники, требовала скидку на продукцию якобы с дефектом. Она даже могла заплатить только за один товар, искусно утаив остальное от глаз кассира.

Первое «дело» Айви состоялось в «Гудвилле», магазинчике неподалеку от дома. Она рассматривала содержимое деревянного ящика с бижутерией и цветочными брошами, когда Мэйфэн окликнула ее ласковым детским прозвищем, Баобао, и вручила пахнущий нафталином шерстяной свитер.

– Помоги мне с этикеткой. Только не порви. – Бабушка взглянула на внучку со всей серьезностью. Лучше сделай как надо, иначе хуже будет.

Айви поддела ногтем уголок белого трехдолларового ценника и схватилась за него двумя пальцами. Она аккуратно сняла этикетку, не оставив ни следа, и передала Мэйфэн. Та приклеила ее на уродливую желтую футболку за двадцать пять центов; с ценником на футболке пришлось повторить ту же операцию.

В результате на свитере оказался новый ценник, уголки которого Айви аккуратно пригладила ногтями.

Мэйфэн была довольна, судя по губам, вытянутым в странной полугримасе, – так она улыбалась.

– Идем домой. Ты заслужила пончик.

Айви радостно вскрикнула и, закружившись в танце, случайно уронила стойку с одеждой. Бабушка молниеносно схватила один из упавших шарфов и сунула его в левый рукав.

– Спрячь под куртку. Любой из них. Быстро!

Айви скомкала шарф с розовым узором (тот самый, из которого несколько лет спустя сошьет головную повязку) и убрала его в карман.

– Это мне?

– Не показывай никому, – приказала Мэйфэн и, подводя внучку к кассе, приготовила блестящую монету в двадцать пять центов. – Пусть это будет твоим первым уроком: одной рукой даешь, другой забираешь. Никто не следит за обеими одновременно.