Свидетельства обитания

Давно. Недавно. Запутался.

Я сделаю побольше. Вы потом решите, может, доедите.

Все-таки ты из нас самый бодрый. Не понимаю, откуда черпаешь силы.

Да как-то не вижу смысла перемалывать все это в голове.

Тебя не смущает, что кто-то пришел и поставил тебя в, в общем-то, безысходное положение.

Не смущает. Смущало. Теперь нет. Я не могу ничего в этой ситуации поменять. Как бы ни хотелось.

Все же буду, положи немного.

Осторожно, горячо. Не смущает. Они все равно будут делать так, как выгоднее им. Мы лишены всякой возможности влиять.

Нам говорят, мы либо делаем, что говорят, либо бежим сломя голову. Мы с вами решили бежать сломя голову. Как тараканы, когда свет. Убежали, спрятались, сидим, подсматриваем из-под полы, следим, подслушиваем и над этим думаем, переговариваемся. Но сколько бы ни переговаривались, ничего не меняется. Не мы решаем, мы прячемся. Одни решают, другие прячутся. История. Закономерности. Большая цивилизация, маленькие тараканы. Все ото всех бегают. Главное, что основная масса никуда не бежит. То есть три категории, одни решают, другие бегут, а большинство сидит и надеется. Не задумывается, надеется. Уверено, что вот-вот и сгинет, что еще осталось потерпеть немножечко, и ничего такого больше не будет, потом будем сидеть, вспоминать. Это подавляющее большинство, основной, на самом деле, процент. Аморфное такое множество, как кисель, ешьте меня, ешьте. Не мазохизм, скорее лень, продиктованная страхом перед неизвестностью. На этом строят большие всеобщие идеи. Соблазнительные. Ну как тебе. Вкусно. Идея фикс. Ощущение противодействия, общности, взаимовыручки. Ее нет, есть большие идеи, скажи мне, что делать, говорят. Ну не буквально. Но в целом. Смотрят в телевизор, говорят, ну давай, скажи мне, что делать. Нужна подсказка, шпаргалка. Телевизор говорит, сиди пока, жди, скажу, что делать, ожидай приказа. Сидит множество, ждет, ожидает указаний, не думает, потому что телевизор сказал сидеть и ждать. Потом говорит, давай, вставай огромное множество, идем туда, надо мне, чтобы ты поуменьшилось слегка, но сперва покричало. Ну и встает, идет. Поведенческий механизм. Одни решают, другие сидят и ждут, потом слушаются. Не потому, что послушные, а потому, что такими предполагаются. Функция у них примерно такая, быть. Основная масса стремится быть. До тех пор, пока можно, потом при необходимости готово частично не быть. Такой вот баланс. А мы какой-то несущественный кусок, болтаемся вдалеке, ненужные ни тем ни этим.