На Брест

2

Погруженный в воспоминания, доктор пристегнул ремень безопасности, дождь становился сильнее, крупные капли падали, ударялись о лобовое стекло и скатывались вниз, размывая вид из лобового стекла. Старые заржавевшие дворники лениво принялись за работу, как только машина тронулась с места.

Выехав на трассу, доктор увидел, как тот самый старик торопится к автобусу, стоящему на остановке метрах в ста от кафе. С сумкой тяжело бежать, да и вообще бегать в таком возрасте не рекомендуется, двери захлопнулись, и автобус тронулся, когда старик был еще на середине пути.

Водитель автобуса, видимо, не разглядел опоздавшего пассажира из-за дождя и плохой видимости, старик остановился и попытался отдышаться, прикрывая рукой лицо от дождя. Одышка у него была глубокая и тяжелая, но лицо казалось спокойным, а глаза были почти полностью закрыты.

В душе доктора, как ему самому показалось, ничего не отозвалось.

«Я видел столько смертей, столько людей, просящих, плачущих, изнемогающих от боли, желающих жить, надеющихся на чудо и на Бога, что тронуть меня опоздавшим на рейс стариком вряд ли возможно, даже несмотря на то, что он уже почти весь промок».

Почувствовав это, доктор понял, насколько огрубело его сердце и окаменела еще недавно цветущая душа, он вывернул руль вправо и резко нажал на тормоз. Ему стало страшно от того, что он только что почувствовал, это ведь было действительно так. Дождь бил в лобовое стекло все сильнее и сильнее, дворники не успевали справляться с потоком воды, мужчина потянулся к пассажирской двери и дернул за ручку:

– Садитесь! Садитесь же скорее!

Старик еле стоял на ногах: он все еще не мог отдышаться.

Тогда доктор быстро выпрыгнул из машины, взял у старика сумку и понес ее, салон был забит под завязку, а в багажнике еще оставалось место, мужчина стал ковырять ключом в замке, пытаясь открыть крышку, но замок часто заедает, и порой сделать это очень сложно.

«Нашел приключения себе на голову, своих забот будто мало, а вдруг он помрет у меня в машине? Что я буду делать? Надо было оставаться в кафе, там тепло, сухо и телевизор есть, – внутри у доктора снова заговорило старое «я».

Тут он почувствовал, как прогибается под тяжестью сумки: – Ничего себе, какая тяжелая! Там что, камни? Как же он ее тащил? Да еще и вприпрыжку!».

Багажник наконец-то открылся, и стало понятно, что сумка просто так туда не влезет.

«Придется что-то выкинуть, но что? Подушка? Старая уже, но жалко, столько ведь спал на ней, привык.