На Брест

Интересно, кто он? И что лежит в его сумке? Ведь когда я взял ее, она показалась мне легкой, а когда поднимал, чтобы поставить в машину, в ней было килограмм двадцать, как это так? Скорее всего, просто показалось. Конечно же, я думаю об этом только затем, чтобы переключиться на что-то, отвлечься от мыслей, терзающих меня последние двадцать пять лет…».

3

У доктора было очень много вопросов, но в голове его была такая каша, что все они тут же растерялись. Старик закашлял, сначала во сне, потом все сильнее – так сильно, что даже проснулся и схватился за ручку двери.

– Как бы Вы не простудились, батюшка, – сказал мужчина и направил поток теплого воздуха на старика.

– Кашляю, значит живой, – усмехнулся тот и погладил рукой белую бороду.

Следующий час старик ехал молча, смотрел вперед так внимательно, будто сам был за рулем, доктор тоже молчал, хотя у него возникли вопросы, которые хотелось задать.

«Вроде бы надо что-то говорить, ну так ведь принято, нехорошо молчать, когда рядом совсем незнакомый человек».

– Вы, наверное, устали от долгой дороги, – сказал мужчина, нарушив молчание.

– Я привык, я часто в пути, – ответил старик.

«Все стало еще более непонятно», – подумал водитель.

Через некоторое время доктор адаптировался к мысли о том, что рядом сидит какой-то неизвестный человек, который едет с ним неизвестно куда, так как дорогу он представлял себе очень смутно.

– А что тебя побудило отправиться в столь долгое путешествие одному? – наконец-то поинтересовался попутчик.

Доктор приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но, видимо, не нашел слов, и у него получилось лишь: «Эээ ….ааа….». Он не знал, как уместить в одно предложение всю свою жизнь, а точнее с чего начать? С какой неудачи? И наконец-то он вымолвил:

– От меня ушла жена.

– Сочувствую, – ответил старик.

– А вообще-то я не из-за этого уехал, я совсем по-другому… – и доктор снова растерялся.

– Жена-то давно ушла, – продолжил он, – просто в последнее время… а точнее всю жизнь… но в последнее время… Мне просто сложно сейчас, вот я и решил уехать, – наконец-то сформулировал мужчина.

– Сочувствую, – снова ответил старик.

Мысли доктора в этот момент были похожи на содержимое его багажника: куча хлама, которая вдобавок еще и перемешалась, ему казалось, что старик должен наброситься на него с расспросами и сочувствием, может быть, даже с советом, как поступить дальше.

«Он ведь старый, мудрый, и у него большой опыт, почему же он молчит?».