Евгений Онегин / Eugene Onegin

All that has now dilapidated,

And I don’t really know why,

So far as for the friend of mine,

He wasn’t at all by that affected,

Since he was yawning when he strolled

Both, modern room and ancient hall.

III

Он в том покое поселился,

Где деревенский старожил

Лет сорок с ключницей бранился,

В окно смотрел и мух давил.

Все было просто: пол дубовый,

Два шкафа, стол, диван пуховый,

Нигде ни пятнышка чернил.

Онегин шкафы отворил:

В одном нашел тетрадь расхода,

В другом наливок целый строй,

Кувшины с яблочной водой

Р? календарь РѕСЃСЊРјРѕРіРѕ РіРѕРґР°;

Старик, имея много дел,

В иные книги не глядел.

IV

Один среди своих владений,

Чтоб только время проводить,

Сперва задумал наш Евгений

Порядок новый учредить.

В своей глуши мудрец пустынный,

Ярем он барщины старинной

Оброком легким заменил;

Р? раб СЃСѓРґСЊР±Сѓ благословил.

Зато в углу своем надулся,

Увидя в этом страшный вред,

Его расчетливый сосед.

Другой лукаво улыбнулся,

Р? РІ голос РІСЃРµ решили так,

Что он опаснейший чудак.

III

He’d settled in the mansion’s chamber,

Where the old timer for great whiles

With housekeeper used to ramble,

Sat at a window and crushed flies.

Everything casual: the oak floors,

The table, sofa, two cupboards,

And not a speck of ink, do note.

Onegin opened one cupboard –

Obtained the housekeeper’s papers,

The other one – the bottles line,

A row of jugs with apple wine,

Eighteen eighth calendar, the latest.

The old was busy at all times

And other books didn’t recognize.

IV

Onegin bored, and then decided,

Just idle time to pass away,

To change routine and thus provided

A reformation in estate.