Рюссен коммер!

В конце концов, заниматься политикой можно и здесь.

– Да уж, лучше в Швеции, чем в тюрьме, – тихо сказала я, но Гудрун всё равно услышала и покачала головой.

До шведки мне, конечно, было как до луны. Шведский национальный характер – полная противоположность русскому, и я сомневаюсь, что между русскими и шведами есть хоть что-нибудь общее, кроме любви к высокоградусной выпивке.

Труднее всего давался мне lagom – ни больше ни меньше, а ровно столько, сколько нужно. Это у нас всё чёрно-белое, чересчур, с перехлёстом, навзрыд.

У шведов – во всём умеренность, спокойствие и консерватизм, неброские цвета, негромкие разговоры, осторожно подобранные выражения и всё в таком духе. Я, правда, заметила, что в Стокгольме перестала носить вещи в своей любимой красной, коммунистической, расцветке, заменив на скучные серые, чёрные, бежевые одежды. Но научиться подбирать выражения и избегать конфликтов было гораздо сложнее.

Меня раздражало слово nja – не nej или ja, «нет» или «да», а что-то между.

И то, что шведы никогда не говорят «нет».

– Надо будет увидеться в следующую пятницу.

– С удовольствием.

В России это означает, что в следующую пятницу вы увидитесь. В Швеции может значить, что не увидитесь никогда. Вот и поди пойми их, этих шведов.

Или смягчение слов с помощью lite, немножко, чуть-чуть. Премьер-министр немного врёт, король чуть-чуть дурак, погода слегка омерзительна, доставка в этом ресторане немного медленная, поэтому я полдня ждал пиццу и чуть-чуть не умер от голода.

– Знаешь, – сказала я как-то Гудрун. – Мы никогда не поймём друг друга по-настоящему. Вам кажется, что если не скажешь что-то обидное напрямую, то и не обидишь. А для нас это ещё обиднее и унизительнее, вот это молчание и недосказанность.

– А мы не выносим споров, ругательств, выяснений отношений. Лучше умрём.

– Мы наоборот. Покричим, подерёмся, побьём посуду и поломаем мебель, а там, глядишь, и помиримся.

Ведь если отношений не выяснять, то и не выяснишь никогда, что не так.

– Ты права, мы разные, – качала головой Гудрун и погружалась в раздумья. Наверное, думала о своём русском отце, которого никогда не видела.

Мне было сложно приноровиться ещё и к тому, что шведы всё планируют. За неделю, за месяц, за год. Не важно, будь то вечеринка с друзьями, встреча с миграционным адвокатом, интервью, свидание, похороны, да что угодно.