Мадам де Маникюр

А у того в глазах зажигаются черти: «Ладно, батя, давай покажу!»

Не буду описывать вам знаменитый ночной клуб на набережной возле Лужников, вы наверняка в нем не раз бывали. Именно туда сразу после полуночи брошен на растерзание пасторальный Авдей Тимофеевич. Бугай-фэйсконтроль едва не лишается чувств, увидев перед собой такое чудо, но узнает сына и со словами: «Не стареют душой ветераны!» пропускает парочку внутрь. В омуте греха Полуянову-старшему неожиданно все нравится; Алексея тут же окружают друзья-подруги, которые с восторгом принимают предка из глубинки.

Особым вниманием его одаривают полуголые нимфы, которым заботливый сын поручает ознакомить отца с приватными танцами, но иных услуг, способных спровоцировать у неподготовленного пожилого человека реакции, опасные для его организма и разума, не предлагать. Тем не менее, одна из девушек уводит папу на полчасика, а потом в ответ на упреки Алексея мурлычет: «Не парься, юноша, Авдюша еще и тебе фору даст». Раскрасневшийся Авдей Тимофеевич выглядит очень довольным.

– Может, и мне в Москву перебраться, – осторожно зондирует он почву, когда они с сыном под утро едут домой. – Поближе к современной медицине. А то ведь годы…

– Да ладно, – хохочет Алексей, – видел я твои годы! А насчет переезда давно предлагаю, хватит тебе в медвежьем углу торчать. Вот только дом дострою, и можешь заселяться.

– Зачем же тянуть, – мигом оживляется папа. – Я могу и на стройке пожить, буду за твоими шабашниками приглядывать, а то, небось, дурят тебя.

– Недурная, кстати, идея, – соглашается Алексей и разгоняется по пустой Москве до 130 км.

Просторный балкон номера люкс. Внизу море, пальмы, пляжная публика. Курортная неделя заканчивается, и Людмила напоследок нежится под кипрским солнцем.

– И мне, что ли, с тобой погреться, – из номера слышен мужской голос. – Счет принесли; посмотрю, что они нам навписывали.

И на балкон выходит… ну, кто, по-вашему? Да ясно же: Юлиан Юрьевич Сокольский.

Людмила смотрит на Юлиана и думает: интересно, долго ли им еще быть вместе? Вообще-то этот вопрос она задает себе пятнадцать лет, начиная с их первой годовщины. Сокольский тогда был руководителем кредитного департамента, а она после развода пришла в «Экономный» на должность замначальника отдела инвестиций.