Мужчины в моей жизни!

Хотя я поступала на актерский факультет, со мной работала педагог по вокалу. Я ходила к ней на занятия, не понимая – зачем? Я и так неплохо пела. Она заставляла меня профессионально набирать воздух в легкие и произносить каким-то утробным звуком: «Вот и стали мы на год взрослей, и пора настает, мы сегодня своих голубей провожаем в далекий поход!»

Мне было шестнадцать лет. Я не провожала никаких голубей. Я подготовила басню, прозу и стихотворение. А еще, чтобы показаться в купальнике перед комиссией, сидела три дня на гречке.

В институте было о-о-очень интересно. Публика необычная. Старшекурсницы блистали нарядами. Мужчины курили на крыльце института. Кто-то трубку. Кто-то использовал мундштук. Я была настолько провинциальна, что вся сжималась, когда кто-то из курящих помогал открыть дверь перед входящей: пожалуйста, мадмуазель! Один из них сейчас знаменитый актер, а тогда – студент второго курса, Сергей Степанченко. Он меня потом научил подбирать на пианино «утомленное солнце, нежно с морем прощалось…»

На курсе у нас училось тридцать шесть человек.

Было много возрастных мужчин. Я работала в отрывках из спектаклей у старшекурсников, участвовала в творческих этюдах одногруппников. На подсознательном уровне я понимала, что нравлюсь парням, но флюиды, о которых много говорили на уроках мастерства педагоги, у меня не рождалась ни к одному. Я просто работала в предлагаемых обстоятельствах. Репетиции, репетиции и репетиции!

Я была домашней девочкой, жила в адмиральской семье. Но в общаге института была такая жизнь, которая манила… Свобода действия, никаких запретов, родители далеко.

Песни под гитару: «Возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке!» Весело было до зачетной недели…

Работал у нас педагог по истории театра. Звали его Электрон Григорьевич Дементьев. Он курил трубку. Носил бородку. Его грассирующий «ррр» раскатисто звучал далеко за стенами аудитории, где он читал свою дисциплину.      Человеком он был своеобразным. Предмет свой давал играючи. Только зачет ему сдать было невозможно.

Учишь, учишь легенды и мифы древней греции, двенадцать подвигов Геракла, или зазубриваешь имена девяти муз, – бесполезно, он находил к чему придраться.

Девчонки-старшекурсницы уже выпускались из института, а все бегали сдавать историю театра. Какие только истории не рассказывали! Нужно надевать глубокое декольте и глубоко дышать, или же, сидя за столом, прижиматься своими коленями к его коленям. Кто как ухитрялся победить Электрон-Григорьевича.