Рики Перри

Тебе на всех плевать. – Браун стирал слезы с раскрасневшихся щек. Его можно было бы назвать милым, если бы не уродовавший парня несчастный вид.

– Да, но…

«Наплевательское отношение – это человеческая черта, спящая абсолютно во всех людях. Любое действие извне, вызывающее боль и отторжение, может его пробудить. Часто именно так проявляется защитная реакция. Но это не значит, что оно перекроет все остальное».

– Ладно, слушай…

Телефон в руках завибрировал. Рики отвлеклась на сообщение, разблокировала экран, когда Барни резко вырвал телефон из ее рук.

Впервые в жизни Перри испытывала такое захлестывающее чувство гнева и бешенства. То ли на себя за то, что дала слабину, то ли на хитрого Барни.

– Вот ты… урод!

– Слышу от моральной уродки.

Барни открыл папку с видео и удалил свой позор, но на этом его месть не закончилась: Рики наблюдала за тем, как он демонстративными взмахами пальца листает файлы, не скрывая довольной улыбки.

– Неприятно быть на моем месте, да? А сколько раз ты так других подставляла?

– Живо отдай! – Перри бросилась на него, но тот легким движением руки откинул девушку назад и вновь принялся рыться в украденном телефоне.

– Все вы считаете, что я слабак и неудачник… – Он сделал задумчивое лицо. – Ладно, я, возможно, слабак и неудачник, но точно не идиот.

Рики чувствовала, как ее трясет от злости, страха и стыда за то, что Барни мог увидеть у нее в телефоне.

– А что это у нас тут? – Он раскрыл рот, смотря на взбешенную шантажистку, и не глядя включил видеофайл.

По всей комнате разлилось тихое пение, и не нужно было иметь ученую степень, чтобы понять: голос принадлежал Рики.

Улыбка постепенно исчезла с лица Барни, и рот раскрылся сам собой. Казалось, он поражен, но чем, Рики не могла понять, и оттого взбесилась лишь сильнее.

Не так она представляла себе день, когда решится дать кому-нибудь послушать плод своих трудов. Уж точно этим кем-то не должен был стать парень, который после десяти минут знакомства уже успел свиснуть у нее телефон. Впрочем, людей, близких ее сердцу и достойных услышать попытки Перри сделать хотя бы шаг навстречу мечте, в принципе не существовало.

Пока Барни слушал, весь мир словно растворился.