Ты самая любимая (сборник)

Здесь болит?

– Ужасно! Ну, ликвидирую, и что потом?

– Скажу в другой раз! Следующий! Next!

Старшего механика сменил боцман, но с ним диалога не получилось.

– На хрена мэни якысь-то давление мэрять? Я у порядку! – заявил он.

– Знаю. Ты свободен.

За боцманом следовал электромеханик.

– Ваша задача: во время игры в домино разыграть инфаркт или приступ аппендицита – такой, чтоб «снегурки» привели меня к вам. Дыши! Глубже дыши! И когда я приду, мы все вместе вырубаем вашу охрану и бегом – в рулевой отсек.

– И что? – спросил электромеханик. – Их полно остается на палубах…

– Кашляй! А мы – все до одного – баррикадируемся в рулевом и ждем, пока фрегат нас освободит, – посвятил его Казин в свой замысел. – Всё, свободен! Следующий!

Следующим был двухметроворостый Саранцев. Между командами «дыши – не дыши» он сам сказал капитану:

– Андрей Ефимович, я больше не могу.

– Что ты не можешь?

– Я кого-нибудь из них прибью и – за борт. Доплыву до фрегата.

– Ага, – сказал Казин.

 – Давай прыгай! Там акулы видел какие? Глубже дыши! Кашляй! И слушай меня внимательно…

А когда очередь дошла до Оксаны, Казин между командами «дыши – не дыши» и ей дал задание:

– Вы должны начать кормить и сомалийцев.

– Но Лысый сам для них готовит, боится, что мы их отравим.

– А вы давайте ему пробовать из нашего котла.

– Да он и так… Даже не пробует, а жрет!

– Ну вот. И постарайтесь так их кормить, чтобы в сон тянуло. Ясно?

И теперь для семерки избранных заговорщиков иссушающее безделье плена наполнилось делом жизни и смерти.

Старпом, старший механик, второй и третий помощники, электромеханик, дюжий моторист и палубный матрос следили за своими охранниками-сомалийцами, когда те несли вахту на палубах, в ходовой рубке, в коридорах палубной надстройки, играли в домино, ели и спали. А Оксана и Настя, взяв у Лысого Раиса несколько кусков козлятины, приготовили такие макароны по-флотски, что Раис побежал угощать этим лакомством самого Махмуда.

Но во время очередного медосмотра заговорщики доложили капитану о своих сомнениях.

– Андрей Ефимович, допустим, мы все рванем в рулевой отсек и запремся там. А как на фрегате узнают, что можно атаковать?

– Элементарно. Раз мы не выходим на связь, значит, что-то случилось. Они подождут день-два и…

– А если пять дней?

– Ну, пусть и пять. Все равно.

– Но в рулевом нет никаких продуктов. Как же мы без еды?

– Ничего, голодать полезно.