Не стучите, вам не откроют

Жалостливая она, всю жизнь себя за это ругает.

– Знаете, а надо верить в лучшее, – с жаром начала девушка, ей хотелось убедить парня, что всё будет хорошо. – В городе есть хорошие доктора, а если что, в Москве можно отличную клинику найти…

Что она несёт? Может, он уже десятки больниц обошёл, и московских, и всяких…

– Добрая вы девушка, Даша…

Открылась дверь, и на кресло водителя плюхнулся Арсений.

– Поехали. Даша, поможешь?

Дарья кивнула, не понимая, какая помощь может от неё понадобиться. Да она много чего не понимала.

Арсений разговаривал так, словно они расстались десять минут назад. И в её появлении не увидел ничего особенного. Странно. С этим парнем всегда есть над чем поломать голову.

Глава 10. Арсений

Не мог, не мог он оставить Никиту в таком состоянии, и физическом, и моральном. Это как раненого на поле боя бросить, большей подлости не придумаешь.

Тогда, в день долгожданной встречи, когда Арсений шагнул в его комнату и их взгляды встретились, молодые люди сразу узнали друг друга.

Хоть и изменились оба за эти годы. Но после письма здесь Арсения ждали. Никита неловко попытался подняться навстречу гостю, но не сумел. Было больно видеть его торопливые движения, и Арсений быстрей обнял друга, чтоб тот не увидел жалости в его глазах. Это обидит парня, и он не унизит его этим горьким чувством, не ужалит, хотя жалость – самая короткая дорога к сердцу другого человека.

Арсений не сразу отпустил его крепкие плечи, сжимал их до тех пор, пока Никита сам не выскользнул из его медвежьих объятий.

– Братан, наконец-то! А ты всё такой же вихрастый, – Арсений старался делать вид, что всё в порядке, подумаешь, его друг на костылях, бывает…

Старался не обращать внимания и на небогатую обстановку комнаты, и на застиранную футболку Никиты, и на все те мелочи, которые кричат о том, что дела плохи.

– Сенька, как же я рад! Чёрт, красивый какой!

Они разговорились. Мать несколько раз подходила предложить им чай, но молча уходила обратно.

Тут не до чая…

– После твоего отъезда я совсем… заскучал. Плохо было, одиноко. Меня усыновили в десять лет. Сначала хорошо жили, дружно и сытно. Мне так нравилась моя новая жизнь. Учился неплохо, не хотел расстраивать родителей двойками, старался быть идеальным сыном. Чтоб ни минуты они не жалели, что взяли меня в свою жизнь, понимаешь… Но потом отец умер… – Никита помолчал, вздохнул. – Обширный инфаркт. Мама долго не могла с этим смириться.