Импульс

Он нащупывает не с первого раза выключатель, потому что, не отрываясь от моих губ, пытается стащить с себя куртку, я в это время освобождаюсь от плаща и закидываю руки Глебу на шею, счастливо выдыхая. Наконец-то я могу изучить его тело, пусть пока скрытое майкой. Крепкие плечи и накачанные руки, рельефная грудь, о которую я до стона трусь затвердевшими сосками. Он настолько идеальный – подтянутый, крепкий, с длинными ногами в модных джинсах, – что мне хочется буквально вжаться в его тело, почувствовать всего каждым изгибом своей фигуры, раствориться в нем и окончательно потерять голову.

Нас словно сметает ураган, и сейчас мы не в состоянии контролировать ни собственные эмоции, ни друг друга.

В голове мелькают дурацкие мысли про то, что хорошо бы разглядеть обстановку дома Глеба (когда еще придется побывать в таком месте), где-то бьется мыслишка про душ, но мужчина снова целует, сминает губами губы, и я перестаю соображать. Он продлевает мгновения поцелуя, проталкивая язык между моих губ, даря все новые упоительные ощущения.

За спиной стена, а впереди – разгоряченный и желанный мужчина. Он прижимается так тесно, что не остается сомнения в том, как сильно он меня хочет. Его пальцы скользят по моей шее, чуть сжимают горло и опускаются, исследуя грудь, изгиб талии, бедро.

– Знаешь, что я подумал, когда только увидел тебя? – хрипло спрашивает он.

– Что? – шепчу я. Дыхание сбивается у обоих, и мы тяжело дышим, глядя друг на друга с волнующей жадностью.

– Я не смогу спокойно спать, есть, жить, если не увижу тебя без этого долбаного платья… оно реально раздражало весь вечер, пока я не решился и не подошел к тебе.

Но и после этого продолжило раздражать.

– Нормальное платье, – смеюсь я. – Зря наговариваешь.

– Нет. Это платье – спусковой крючок для инстинкта охотника. Для всяких разных очень развратных фантазий. Его нужно надевать лишь для того, чтобы потом снять.

Глеб немного отстраняется и смотрит на меня затуманенным от желания взглядом. Ведет пальцем по ключице и ниже, обрисовывает подушечкой кромку декольте на нежной коже моей вздымающейся груди.

От легкой, почти невинной ласки сердце скачет, а соски болезненно сжимаются и сейчас проступают и сквозь тонкое кружево лифчика, и сквозь ткань платья. Глеб видит их и шумно выдыхает.

– Бога ради, – стонет он. – Скажи, что под этим платьем твое белье тоже красное…

– Ну так проверь, – смело улыбаюсь я и не узнаю свой голос, который вдруг стал низким и до невозможности сексуальным.