Хэдли и Грейс

Ее покачивания теперь стали почти безумными, она буквально подпрыгивала, отчего и ребенок скакал вверх и вниз.

– Грейс, – твердо сказала Хэдли, поднимаясь на ноги. Боль пронзила ее лодыжку, когда к ней прилила кровь. – Давай я возьму его.

Грейс моргнула, как будто только что вспомнила, что Хэдли тоже здесь, и ее голова снова затряслась, но строгий взгляд Хэдли остановил ее.

– Грейс, давай его мне и иди приготовь бутылку.

Ребенок завыл громче, и ноздри Грейс раздулись. Она практически бросила его в объятия Хэдли, лихорадочно зарылась в продуктовой сумке, чтобы достать бутылочку и смесь, и помчалась в ванную.

Хэдли перекинула ребенка через плечо, так что его живот прижался к округлой выпуклости ее мышц – поза, которую особенно любил Скиппер, – и опустилась обратно на стул, осторожно покачивая его взад-вперед.

– Тссс, – успокаивала она его, похлопывая по спине.

Он начал грызть свой маленький кулачок, и его плач смягчился до хныканья.

– Вот и все. Все в порядке.

Твоя бутылочка уже на подходе.

Она тихонько напевала, ничего конкретного, просто нежные звуки, чтобы дать ему понять, что она рядом, и он затих. Он был крепким, упитанным и сильным. Его пухлые ноги уперлись ей в грудь, а второй рукой он дергал ее за волосы. Она зарылась носом в сладкие изгибы его шеи, его запах вернул ее к тому времени, когда Мэтти и Скиппер были младенцами, к тому чудесному времени, когда они нуждались в ней так сильно, будто были ее частью.

Грейс выбежала из ванной, вся взмыленная.

Она сперва сунула бутылку Хэдли, а потом снова притянула к себе.

– Как ты это сделала? – воскликнула она, глядя на ребенка, который теперь мирно дремал на плече Хэдли.

– Что?

– Заставила его перестать плакать?

Хэдли улыбнулась. Она всегда умела обращаться с детьми.

– Почему бы тебе не отдохнуть? Он со мной. Только оставь бутылочку.

Грейс затрясла головой. Хэдли закатила глаза.

– Брось. Ты устала. Ты помогла мне, а теперь я помогаю тебе.

Если не доверяешь мне, спи с деньгами. Но ты измотана, и он тоже. Сейчас нет дел, которых нельзя было бы сделать утром.

Именно это сказала бы ее мама, и ей понравилось, как это прозвучало из ее уст.

– Ты очень властная, – заметила Грейс.

– А ты – заноза в моей заднице.

Грейс долго смотрела на нее, пытаясь уловить ложь. Наконец, не найдя доказательств, она выдохнула:

– Хорошо, но разбуди меня, если он снова проснется.

– Иди спать.