Хэдли и Грейс

Хэдли почти удалось улыбнуться. Несмотря на то, что у нее был месяц, чтобы привыкнуть к мысли об уходе из ее жизни Скиппера, она не готова была принять это, так же как в тот день, когда ее сестра позвонила и сообщила, что выходит замуж и поэтому готова взять на себя ответственность быть мамой Скиппера.

Во дворе школы их встретил нарисованный от руки плакат с надписью «Удачи, Скиппер!!! Мы будем скучать по тебе!» Слова были окружены сотнями отпечатков ладоней разных цветов, а также подписями детей, которым принадлежали эти отпечатки.

Они с Мелиссой положили сладости на стол, накрытый для празднования, и через мгновение раздался звонок. Второклассники и третьеклассники высыпали из классов, и Хэдли начала искать поверх голов Скиппера.

Он последним вышел из класса миссис Бакстер, идя позади остальных, как всегда медленно и рассеянно. При виде него ее сердце переполнилось любовью, как и всегда бывало, когда она встречала одного из своих детей после разлуки.

– Привет, Блю[2 - Скиппер называет Хэдли «Blue» – то есть «Синяя».

На спортивном сленге «Blue» называют бейсбольных судей, так как они носят одинаковые синие футболки.], – поприветствовал он, подойдя к ее протянутым рукам и обхватив своими тоненькими ручками ее бедра.

– Привет, чемпион. – Она поцеловала макушку его медовых волос. От него пахло, как всегда, коричневым сахаром и потом, потому что он ел на завтрак кашу с кленовым сиропом и ему было всего восемь лет.

На одно очень долгое мгновение он удержал ее, возможно, понимая, что этот момент дорог, а возможно, и нет.

Трудно было догадаться, что Скиппер понимает, а чего нет. Его IQ составлял всего семьдесят пять баллов, но, несмотря на это, Хэдли часто думала, что он самый мудрый человек, которого она знала, наделенный проницательностью и интуицией, далеко превосходящими его интеллект.

Отпустив ее, он подошел к столу, взял шоколадно-зефирный капкейк, свой любимый, и понес его на скамейку у детской площадки.

Сегодня он надел форму «Доджерс» – всегда номер сорок четыре независимо от команды – дань уважения великому Хэнку Аарону, его герою.

Во время еды он наблюдал за другими играющими детьми. Обычная детская площадка с обычными детьми, но он смотрел на нее так, будто это было самое необычное место в мире. И как это часто бывало, когда Хэдли смотрела на него, она поймала себя на том, что завидует ему, мечтая увидеть мир его глазами.