Rucciя

Автор высказывал предположение, что в течение ближайших десять месяцев США вынудят НАТО ввести против России небывало жесткие санкции, чреватые возможностью применения военной силы. Поводом для этого станет резкое обострение отношений между официальными Москвой, продолжающей выстраивать унитарную схему управления государства, и Казанью, продолжающей отстаивать никем не отмененный республиканский суверенитет.

Возможность стороннего силового вмешательства в этот сугубо внутренний конфликт автор расценивал как очень серьезную.

Он предполагал, что США обязательно используют обострение конфликта для того, чтобы исполнить давно заявленную мечту: развалить Россию на семь—восемь новых государств, независимых ото всех, кроме Вашингтона. Большая часть заметок была посвящена обоснованию того, что югославский вариант 1999 года, с эскалацией напряженности вокруг косовского конфликта, бомбежками и интервенцией – может произойти уже в ближайшие три—четыре месяца. При этом автор основывался главным образом на косвенных признаках и собственной логике, но цепочка доказательств была выстроена весьма искусно – так что я, несмотря на некоторые сопутствующие обстоятельства, не мог не восхититься качеством текста.

Я прочитал материал дважды – первый раз в некотором ошеломлении, второй раз – вдумчиво, пытаясь найти изъяны. Потом поднял глаза на Петю.

Капитан Куликов напряженно спросил:

– Ну как?

– Круто, – сказал я.

– И это возможно напечатать? – поинтересовался он.

– А думаешь, надо? Смеяться над нами не будут? – уточнил я.

– Не будут, – пообещал Петя, немного покраснев, и добавил: – А напечатать очень надо.

– Ладно, – сказал я, подумав. – Сегодня у нас понедельник. Как насчет среды или четверга?

– Класс, – с удовольствием выдохнул Петя. – Только, Айрат, пожалуйста – чтобы не было дословного цитирования… Своими словами, ладно?

Вот с этим было трудно. Слова и так были мои. Потому что этот текст писал я.

2

Мне нравится БГ, а не наоборот.

    Александр Башлачев

С Петей мы познакомились в середине девяностых, когда я неожиданно для себя оказался в составе правительственной делегации во главе с премьер-министром Татарстана, отбывавшей на заслуженную и страшно напряженную работу в город Париж. Столь чудесной оказией я был обязан давнему приятелю, который служил-служил себе малозаметным чиновником, да вдруг пошел в гору и дорос до заместителя министра внешних сношений республики.