Стебель травы. Антология переводов поэзии и прозы

Господин Cogito

и чистая мысль

Господин Cogito стремится

достичь чистой мысли

хотя бы перед засыпанием

но уже само стремление носит

в себе зародыш краха

оттого-то когда он доходит

до состояния что мысль уже как вода

большая и чистая вода

у равнодушного берега

вода вдруг рябит

и волна приносит

консервные банки

полено

пучок чьих-то волос

вправду сказать Господин Cogito

не совсем без вины

он не мог оторвать

свой внутренний взор

от почтового ящика

в ноздрях его был запах моря

сверчки щекотали ухо

и он чувствовал ребрами пальцы отсутствующей

он был обычный такой как другие

меблированные мысли

кожа руки на ручке стула

след нежности

на щеке

когда-нибудь

когда-нибудь позже

когда он остынет

он достигнет состояния сато?и

и будет как рекомендуют учители

пуст и

удивителен

    Перевод с польского В.

Барского

Из английской поэзии

Льюис Кэрролл

Охота на Снарка

ТД

е

?

з

а

н

и

е

в

восьми

приступах

Предисловие переводчика

Досужий читатель!.

. Обращаюсь к тебе в надежде, что ты отринешь страсти, обуревающие героев поэмы, хотя бы на время чтения. Это необходимо, ибо иначе ты упрекнешь знаменитого автора «Алисы в стране чудес» в бездарности, а произведение его уподобишь пустому кривлянию, чем еще раз повторишь традиционную ошибку отечественного литературоведения.

Но не зря же с 1876 года, когда была опубликована поэма, она дарит крылатые фразы для цитат и эпиграфов, имена ее персонажей становятся названиями яхт, гостиниц и т.

 д.

Что такое Снарк? – гадают не только герои Кэролла, но и легион исследователей. Несть числа объяснениям этого слова (любимое – сочетание дракона с акулой). Толкований самой поэмы еще больше – от философских сопоставлений с гегелевским абсолютом до намеков на конкретные клубные скандалы. Объединяет все эти версии одно – охота на Снарка, которая, как ведётся, пуще неволи.

Автор, говорят, справедливо считал свою поэму годной на все случаи жизни.

Предлагаемый перевод концептуально соответствует оригиналу, однако почти не превращает Йонаса-Пронаса в Иванушку-дурачка. Так, переложив большинство слов-нонсенсов, я сохранил природные названия всяческих чудовищ. Прежним осталось имя капитана команды, отправившейся в поход за Снарком – имя бравого Белмана. Так назывались глашатаи, скликавшие колокольчиками горожан.