Корейские народные сказки

Чэ была славной, тихой, несварливой женщиной; она не хотела ссориться со своей помощницей, и молча уступила ей свое место.

Но вот случилось то, чего никто давно уже не ожидал: госпожа чэ стала прихварывать, а потом… она в свою очередь принесла сына своему мужу. Видно не захотела отставать от своей младшей сотрудницы.

Хотя по наружности и не заметно было в доме никаких перемен, но в сущности в семье и хозяйстве все опять перевернулось вверх дном на старый лад: вперед опять выступила чэ со своим сыном Куй-доном, а чхье-би отошла на заднее, полагающееся ей по закону, место с ее сыном, которого скоро и имя то даже позабыли, – а звали просто, «мальчик».

Властолюбивая чхье-би никак не могла с этим помириться, но до поры до времени затаила свои чувства.

Дети Пака росли вместе. Несмотря на то, что оба были поставлены в одинаковые условия и ни один из них не пользовался никаким предпочтением, но уже с ранних лет их детства между ними была заметна большая разница: сын чэ рос умным, живым, бойким, но послушным; а сын чхье-би был тупым, неповоротливым, грубым и упрямым ребенком.

Дети росли; вместе с тем росла и разница, что сделалось особенно заметным, когда дети начали учиться: Куи-дону ученье давалось легко; он все понимал и быстро запоминал, и в 15 лет знал столько, что смело мог уже думать о государственных экзаменах. А сын чхье-би в это же время был дурачком и едва мог читать и писать. Чхье-би возненавидела Куй-дона острой ненавистью, и решила во чтобы то ни стало убрать его с дороги ее сына.

Однажды, будучи не в силах сдержать свою злобу, она оказала Куй-дону:

– Погоди, недолго тебе еще придется воображать себя хозяином здесь!

Мать Куй-дона слышала это из другой комнаты и поняла, что чхье-би замышляет что-то дурное против ее сына… Но как его уберечь здесь, дома, когда он ежеминутно находится на глазах злой женщины?

Единственным верным средством спасения было удалить сына из-дому до тех пор, пока он возмужает и будет в состоянии сам себя уберечь.

Улучив минуту, когда чхье-би куда-то ушла, чэ откровенно поговорила с сыном, и Куй-дон согласился с доводами матери.

– Батюшка, – обратился Куй-дон к отцу после ужина, – благодарю вас за то, что вы меня учили; но если вы хотите, чтобы я мог поступить на службу, мне нужно быть поближе к столице… Отпустите меня; я побываю в других местах, увижу свет, поучусь, и вернусь домой только тогда, когда стану на прочную дорогу.