Один шаг в Зазеркалье. Мистический андеграунд (сборник)

Послышался характерный звон выгружаемых бутылок, глухой стук жестянок консервов; на кухне появился «шпион», достал из ящика стола штопор и, подмигнув мне, скрылся в комнате.

Я сообразил, что эта кухня ему хорошо знакома. Я механически продолжил было мытье риса, но потом мне пришло в голову, что глупо отсиживаться здесь, если Джи уже участвует в ситуации. К тому же я беспокоился о том, что мой дорогой коньяк довольно скоро может исчезнуть.

Поставив рис вариться, я вошел в комнату. Стол был уже уставлен бутылками портвейна.

Возле Джи пустовал один стул, а Маргарита сидела между Борей и Мещером. Я сел рядом с Джи, стараясь не показать, что пришедшая компания мне совсем не нравится. Джи выглядел довольным ходом событий.

Весь коньяк был уже разлит по большим стаканам – передо мной тоже стоял наполненный. Разговор не шел: они словно ждали кого-то. А стаканы быстро пустели и так же быстро, в молчании, наполнялись. Я не отставал и только посматривал на Маргариту, спрашивая взглядом, скоро ли уберутся эти незваные пришельцы? Но Маргарита пила наравне со всеми и смотрела на меня равнодушными глазами, в которых я ничего не мог прочитать.

Скоро я захмелел и забыл о своих планах.

Вдруг горячая рука легла на мое плечо, и я услышал шепот:

– Подойди незаметно к ванной, мне надо с тобой поговорить.

Я с трудом обернулся: это была Маргарита.

– Ванна? Почему ванна?

– Тише, – драматически прошипела она, – это единственное место, которое пока еще свободно. А мне нужно сказать тебе что-то очень важное.

Она ушла, а я, посидев с минуту, встал и, придерживаясь за мебель, пошел к ванной. Квартира была полна людей. Маргарита, слегка приоткрыв дверь ванной, впустила меня и закрыла на задвижку. Когда она повернулась ко мне, в ее глазах стояли слезы.

– Ты кажешься мне единственным человеком, – сказала она, – с которым можно поговорить. Если бы ты знал, как невыносимы для меня все эти люди. Я так устала от них. Они приходят каждый день, и каждый день повторяется одно и то же.

– Почему же тогда ты не прогонишь их? – спросил я, с трудом собирая разбегающиеся мысли.

– Я одинока, – ответила она, – и у меня нет сил, нет и повода, чтобы как-то изменить все это… Но работа с тобой, как мне показалось, может что-то исправить. Но, конечно, только если ты сам этого хочешь…

– Чего именно? – спросил я, не понимая, к чему она клонит.

– Как-то избавиться от всех этих людей, – ответила она, – сделать так, чтобы они ушли.