Зов Юкона

Здесь денег было – как грязи; ты – богач, а назавтра – гол.

Я на стерву-певичку однажды запал, но паршивку другой увел.

Я ушел в запой; через год, больной, в бараке на койке лежал,

Где постель грязна; и судьба ясна: срок, мне оставшийся, – мал.

С киркой и лопатой провел я на Юконе двадцать лет;

Шел по его долинам, встречал закат и рассвет;

С холодом здешним собачьим и с каждой горой знаком —

Да, здесь двадцать лет провел я… и стал теперь стариком.

Плевать на это! В бутылке есть пара глотков у меня.

Собак запрягу – и к Биллу отправлюсь при свете дня.

А ночь так длинна; валяюсь без сна, и тело горит как в огне;

Я утром отправлюсь… утром… и выпадет красное мне.

…Иди сюда, Кит, дорогая, твой пони уже под седлом…

…Убью тебя, Минни, паршивка! Не путайся с этим ослом…

…Играем! А ну-ка, Билли, ты сколько намыл в ручье?

…Отче, иже еси на небеси, да святится имя Твое…»

Так священника сын, лежа в койке, один, разговаривал сам с собой,

Но огонь погас, и в рассветный час наступил для него отбой;

И с рычаньем голодные псы в тот же день его плоть растерзали гурьбой.

    Перевод С. Шоргина

Зов глухомани

Ты глядел ли на величье – там, где видишь лишь величье,

Водопадов и обрывов высоту,

Гривы гор, пожар заката, в вышине полеты птичьи

И ревущую каньонов черноту?

Ты по сказочной долине и по горному отрогу

Проложил ли к Неизвестному пути?

Ты души настроил струны на молчанье? Так в дорогу!

Слушай зов, учись и цену заплати.

Ты шагал ли через пустошь, пробирался ли устало

Через заросли, кустарники, полынь?

Ты насвистывал рэгтаймы там, где дальше – только скалы,

Познакомился с повадками пустынь?

Ты под небом спал ли звездным, на коне скакал степями,

Ты, под солнцем изнывая, брел вперед?

Ты сумел ли подружиться со столовыми горами?

Ну так слушай – Глухомань тебя зовет.

Ты с Безмолвием знаком ли? То не снег на ветке нежной —

В Тишине той лжив и суетен наш бред!

Ты шагал ли в снегоступах? гнал собак дорогой снежной,

Шел ли в глушь? торил пути? достиг побед?

Ты шагал ли к черту в зубы, ты плевал ли на напасти?

Уважал тебя любой индейский род?

Чуял в мышцах силу зверя, мог ли рвать врага на части?

Так внимай же: Глухомань тебя зовет.