Врата жизни

Прямая семейная линия шла от первого сэра Стивена, записанного в «Книгу Страшного суда» – древнейший регистр землевладений и прочих хозяйств Британии. На церковном дворе, поближе к храму, хоронили родственников Норманнов, скончавшихся в Норчестере. Некоторые покойные удостоились особой чести быть погребенными рядом с алтарем. Внутри церкви хранились записи обо всех членах семьи Норманнов. Сквайр регулярно посещал храм и приводил с собой дочку. Одним из первых ее воспоминаний было – как она стоит на коленях рядом с отцом, а он держит ее за руку, свободной ладонью отирая слезы с глаз.

Они были перед великолепным скульптурным надгробием из белого мрамора. Стивен на всю жизнь запомнила слова, сказанные тогда ее отцом: «Не забывай, дитя мое, в этом священном месте покоится твоя матушка. Когда меня не станет, а тебе понадобится утешение в беде, приходи сюда. Побудь здесь одна, открой свое сердце. Без страха и колебаний проси помощи у Бога здесь, у могилы твоей матери!»

Девочку поразила тогда серьезность отца, и она, действительно, хранила его слова глубоко в сердце.

Вот уже семь столетий дети семьи Норманн приходили сюда со своими родителями, чтобы услышать нечто подобное. Это стало чем-то вроде семейного ритуала, который каждый раз, в той или другой степени, производил впечатление на юного наследника.

Когда Гарольд посещал Норманстенд еще при жизни своего отца, ему нередко доводилось бывать в этой фамильной церкви, и она ему очень нравилась. Он восхищался атмосферой древности, торжественной обстановкой и наглядной памятью прошлого.

И любовь к этому месту стала еще одной ниточкой, связывавшей их с юной Стивен.

Однажды они вдвоем пришли к церкви и обнаружили дверь крипты открытой. Стивен, конечно, захотела войти, но у них не было с собой фонаря, а внутри царила тьма. Молодые люди договорились вернуться утром, захватив с собой свечи, чтобы исследовать загадочное помещение. И они осуществили этот план. Стивен в восторге заглянула в глубину и не удержалась от вопроса:

– А ты не боишься входить в крипту?

– Ничуть! В церкви, где служил мой отец, тоже была крипта, и я несколько раз посещал ее, – ответил Гарольд, невольно вспомнив, как это было в последний раз.

Воспоминания нахлынули волной: мелькающие на стенах тени от множества свечей, звук шагов тех, кто нес массивный дубовый гроб, узкую дверь в подземелье… А потом все это стихло и растаяло, и некоторое время он оставался один перед могилой своего горячо любимого отца.