Проблема свободного мышления в юридической науке

К ним обобщенно можно отнести то, что сейчас называют гражданским обществом, правовым государством, за неимением других слов, очень грубо указывающим на тот самый порядок, в котором может развиваться и действовать живая жизнь, творимая самим свободным человеком. Ее выражением выступают права, свободы, обязанности человека в их возникновении и развитии, взаимопроникновении, понимаемом как развивающаяся система производства и воспроизводства ценностей цивилизованного общества. Источником такого развития может быть не омертвевшая, а живущая мысль, для внешнего существования которой необходима почва, на которой она может возрасти, внешняя среда, в которой она хотя бы «не умрет», все, что может питать ее внутреннюю энергию, составлять «каркас единства физической и социальной природы человека».

Порождаясь живой природой, являясь ее неотъемлемой частью, как разновидность бытия человека в мысли, она «задает» команды физической природе, прежде всего, человеку, «заставляя» ее эволюционно приобретать все более новые и эффективные свойства, составляющие моменты его развития.

Жизнь в «омертвевших», т. е. застывших, формах, обслуживаемых рассудком, обобщенно может быть выражена понятием видимости, обозначенной в истории человеческой мысли тенью в пещере Платона, изображением в зеркале Д. Локка, формальной логикой Аристотеля, практическим и чистым разумом И. Канта, его взглядом на приподнятость моря в середине, на радугу и т. п.

В обобщенном понимании видимости нет живой мысли, а господствует логика, следование которой претендует на получение достоверного знания посредством индукции и дедукции, рассудочного понятия, выражающего законсервированные стандарты поведения свидетельства застывшей, т.

е. неживой, мысли.

Действительная жизнь, которой движет живая мысль, подменяется в сознании человека существующей ее видимостью. Таким образом, человек существует как бы в двух сменяющихся циклах: действительной жизни и жизни видимой, которые и сосуществуют, и составляют особые миры, постоянно переходящие друг в друга.

В одном из них, в случае их различения, мы находим право, а в другом его видимость, которые сознание чаще всего воспринимает как одно и то же.

Значение этой идеи для познания права и мышления о праве совершенно не оценено современной юридической наукой, хотя она представляет фундаментальное основание, точку отсчета исследований в области философии и теории права, опирающихся на богатейший материал истории политических и правовых учений.