Пацаны 90-х

На том и порешили, взяли такси, забрали у родителей вещи, документы и деньги и отвезли его в аэропорт.

Кожанка

Наступил апрель. Отец Гоши уже полгода как подался на вольные хлеба. Ну как подался, жизнь отправила. Дело в том, что на начало осени 1991 года, у него на сберкнижке лежало около пятнадцати тысяч рублей. Эти деньги они с мамой накопили за девять лет работы на севере. Когда цены на товары были отпущены в свободное плавание, началась сумасшедшая инфляция. Батя заранее смекнул, что дело пахнет керосином и снял со сберкнижки все деньги.

Осенью девяносто первого, они с мамой, слетали в Благовещенск. Практически на все деньги накупили товара, который к весне был весь распродан с огромной накруткой. Прибыль с вещей была в разы выше, чем с зоотоваров, которыми он торговал ранее. Поэтому, отец предложил Гоше скататься с ним в Алма-Ату. Там жила дочка маминой подруги и промониторив цены, отец решил ехать туда.

Времена были смутные. Товара купить планировалось много, поэтому Гоша был как никогда кстати.

И вот они уже летели в Алма-Ату. В Норильске был еще снег, а в Алма-Ате вовсю зеленели листья. Было классно переместиться из зимы в лето. На рынке удачно скупились. Забили полную сумку «мечта оккупанта» детскими кроссовками, произведенными в поднебесной и еще всякой всячиной этого же производителя. После обеда были уже в доме.

Гоша решил прогуляться по городу. Вернулся ближе к вечеру и узнал, что отец куда-то сгорел. Появился он, когда уже стемнело. Из одежды на нем отсутствовали: ветровка, свитер и обручальное кольцо.

Зато появился синяк под глазом. Хорошо, хоть денег с собой он взял не много. Когда утром он проснулся, то поведал о своих вчерашних злоключениях. Скучно ему, видите ли, стало, и решил он сходить в ближайший кабачок. Изрядно там накидавшись алкоголем, пошел в сторону дома. Скорее всего, там его приметили романтики с большой дороги и по пути экспроприировали некоторые вещи из его гардероба. Но единственное, за что он действительно переживал, так это за то, что обо всем узнает мать. Гоша обещал молчать и они пошли искать ювелирный, чтобы купить ему новое кольцо. По дороге увидели, как в одном павильоне продается куртка. Она была нечета короткой кожанке Гоши. Светло-коричневая тонкая кожа. Длинный покрой, который только входил в моду. И это был не турецкий ширпотреб, а настоящая Монголия. Да и цена была приемлемая, всего шестнадцать кусков. Гоша ее тут же примерил и она села как влитая. Батя молча, отсчитал купюры.