Сценарий

Юля, как это обычно и бывает, убежала с утра пораньше. Погода на удивление была хороша. Я внезапно вспомнил, что календарь вещает всем нам о первых днях весны. И в знак этого солнце отлично наблюдалось на ясном небе. Как-то это не по-московски даже. Бывают здесь такие дни, когда хмурь куда-то уходит, прячется, и город заполняется лучами солнечного света. Сегодня был один из таких дней. В такие часы всё выглядит несколько иначе, чем обычно. Те же пробки являют собой не столь зловещее зрелище.

Позавтракать я решил в кафе, готовить что-то не было никакого желания.

Я не люблю, в принципе, заниматься приготовлением еды. Разве что изредка меня пронзает вдохновение, и я могу потратить несколько часов на что-нибудь необычное, вкусное. Или обычное, но от этого не менее вкусное. Я остановил свой выбор на кафешке за углом дома. Там было по-утреннему пустовато. Если быть точным, помимо меня там была одна лишь брюнетка, на вид очень хорошая, честная и неиспорченная девочка. Я не был сторонником того, что блондинки глупые, а вот брюнетки умные, поскольку считал, что все они бывают разными, а перекраситься, иной раз, может любая. Но, тем не менее, брюнеткам с определенного возраста я начал симпатизировать больше. Не знаю, чем это обусловлено, но знаю точно, что это так. Может, из-за Дианы? Да нет же, все началось гораздо раньше. Только я не помню, когда. Пока я ожидал свой заказ, на меня снова нахлынули волны приятных и не очень воспоминаний о нашем времени с Ди.

Диана являлась представительницей той части прекрасной половины человечества, о которых отзываются, как о созданных свыше для того, чтобы привносить радость и свет в глаза и сердца всех окружающих.

Её южная, в чем-то испанская внешность воспламеняла подобно тем жарким лучам солнца, ввиду которых и существует сиеста. Она была стройна, но не обладала данными модели, в её фигуре не было чего-либо такого, что непременно заставляло бы собеседника мужского пола думать во время разговора не головой, а другим местом. В ее глазах было что-то такое, что, погрузившись в этот взгляд однажды, хотелось остаться там навсегда. Она излучала странную, но невероятно притягательную энергию добра, обращенного к миру. Она любила громко смеяться и вести себя неразумно открыто, не скрывая эмоций. Она была рассеянной, но ее неподдельная искренность была дороже тысячи минут опозданий. Ее даже ждать было приятно, не возникало ни капли зла. Ее вкус в музыке многим показался бы абсурдным, но только не мне, в этом мы совпадали.