Все лучшие повести о больших приключениях

Покупатель совсем удивился:

– Пока я в своем министерстве сидел сельскохозяйственном, тут большие изменения произошли. Цены почти даровые сделались. А мне жена ничего не сообщала. Зарплату по-прежнему требовала.

Он на витрину внимательно посмотрел:

– А кедровые орехи у вас почем?

– По двадцать копеек.

– А грецкие?

– Дороже двадцати не продам.

Покупатель успокоился и говорит:

– Дайте мне полмешка того и полмешка сего.

Маша видит, он опять спокойный стал, неодернутый. Она решила в ход свое главное дисциплинирующее устройство пустить.

За веревочку потянула. Тут овощная смерть со своей улыбочкой наверх полезла.

Клюшкой размахивает. Покупатель глаза выкатил, шепотом спрашивает:

– Это-о что-о?

– Ах, это? – небрежно говорит Маша. – Это смерть продуктовая. Каждый день ровно в обед приходит. Сейчас кричать начнет.

Сама за веревочку от двери на склад потянула. Дверь страшно скрипеть и визжать принялась на своих петлях. Маша ногой люк подняла – и грох!!!

Будто пушка из-под земли шарахнула.

Покупатель как закричит:

– Караул! На помощь! – И бежать.

Только он за углом скрылся, Зоя с Клавой пришли. Клава спрашивает:

– Как торгуется?

– Нормально, – отвечает Маша. – Один покупатель уже убежал.

– Почему убежал? – спросили сестры Абрикосовы.

– Я его на место поставила. Проучила чуть-чуть.

– А что, он платить не хотел?

– Почему не хотел? Хотел. Он хотел изюма целый мешок купить.

– Может, он какое недовольство проявлял? Жалобную книгу требовал?

– Ничего он не проявлял, – успокоила их Маша.

 – Он вообще хороший человек, из министерства.

– Так зачем же его на место ставить?

– Мне надо было средство проверить, – объяснила Маша. – С которым я дальше работать буду. С плохими покупателями. Это были испытания.

– Какие еще испытания? Какое еще средство? – спросила старшая Абрикосова.

– Вот это, – сказала Маша и потянула за веревочку.

Овощная смерть опять на каменный небосклон вылезла. А дверь страшно скрипеть начала.

Сестры сразу побелели. Потом Зоя говорит:

– Вот что, пока не поздно, нужно эту командировочную из торгового помещения убирать. Нечего из нашего магазина комнату ужасов устраивать… Какая-нибудь бабушка здесь рассудка лишится, нас же потом под суд отдадут. Мы ее на склад отправим, пусть ящики считает.

Старшая Клава поддержала:

– Я двадцать лет за прилавком стою, а такого не видела. На складе ей самое место, там посторонних нет. Пусть и чучело с собой берет.