Путь «Черной молнии». Книга 3

Побег Сергея Ирощенко, вот так, с кондачка, без особых доказательств, он не вынесет на расследование уголовного дела. Доказать, что у меня была боевая группа, он тоже не сможет, у него только косвенные улики. Факты стрельбы из винтовки в Красномайской и на границе с Алтайским краем, тоже ни к чему не приведут, оружия-то нет. Тем более Шаронов знает, что за моим признанием потянется целая цепочка дел. Да каких там дел?! Это настоящие преступления, в которых замешаны: Говоров, Кузнецов и мои немалые преподношения в виде взяток.

Единственное, чем он может шантажировать меня, это организованный мною побег Ирощенко. Э, нет, господин Шаронов, сразу не смог доказать, а теперь уже поздно, твой поезд уже давно в пути. Плохо одно, анонимка неважно сработала. Хотя, почему неважно? Пока Шаронов отбивался от комиссии и разных проверок, мы выиграли время и привели дела в порядок. Но все равно, с Шароновым нужно кончать, иначе он жить мне не даст, соответственно и моим родным. Он так и так меня выпустит, но обязательно установит слежку, а это значит, что какое-то время я не смогу встречаться с родными и друзьями. А если не выпустит? Хочешь, не хочешь, а придется пойти на крайние меры. Жесткий шантаж заставит его шевелиться и если он не дурак, то не станет раскручивать дело, себе же во вред. Другой вариант: собранные компрометирующие документы на Шаронова уже завтра пойдут по назначению, и если это не поможет, придется применить следующее решение: подготовка моего побега. Думаю, что до этого дело не дойдет, ведь информация, переданная мне Портниковым, в совокупности с компроматом о тайной деятельности Шаронова, заставит его пойти на компромисс. Тем более на горизонте вырисовываются еще два человека, остро заинтересованные в смещении Шаронова с занимаемой должности. Первый, это генерал-майор Смоленцев. У Семеныча с ним сохранились хорошие отношения, Смоленцев старый кадровик в госбезопасности. Он работает в Новосибирском отделении первого главного управления в отделе кадров и парткомитете, он уже осведомлен о преждевременном уходе Портникова на пенсию. Просто Семеныч сам попросил генерала, не разворачивать вокруг его имени „войну“. И второй человек, начальник второго отдела полковник Кашапов, он терпеть не может Шаронова и при удобном случае подставит ему „классическую“ подножку.