Встреча длиною в тысячи жизней… Книга первая

О том, что целью этой игры является высшее сострадание, любовь и приход к Создателю, что есть истинные мы, и откуда мы все пришли когда-то.

– Когда Душа достигает истинного сострадания, – продолжала я свой рассказ, – она чувствует принятие обеих сторон, не судя ни одну, как только хорошую или только плохую. Достижение сострадания или интеграции означает, что ДУША видит ценность, как Света, так и Тьмы, и хочет иметь обе эти противоположности в уравновешенных частях, как части самой себя. Настало время вернуться к Творцу – туда, где мы есть одно.

И мы не сможем прийти к нашему Отцу, пока мы не придем к Единству с собой, а значит, Единству с другими людьми, природой и Землей. Это и есть вознесение нашего сознания до высот другого измерения, что есть истинная Любовь всего сущего.

– Однажды, когда мы только начинали организацию нашей школы, нам помогала Галина, которая сыграла необыкновенную роль в моей жизни, – я улыбнулась, вспомнив этот случай, и продолжила свой рассказ. – Галина со своим мужем стали спонсорами и на первых порах очень помогли нашей школе встать на ноги.

Так вот, когда мы всё организовывали, у нас была секретарь. В течение дня я всё время отвлекалась от своих дел и бегала помогать секретарю, хотя у нее были свои функции, которые она могла выполнять сама. Галя делала попытки остановить меня, и каждый раз она говорила мне, что я не люблю себя. Я все время отвечала, что люблю, хотя, если честно, понятия не имела что это такое.

«Слушай, дорогая, хочешь я докажу тебе, что ты себя не любишь?» – сказала мне как-то, прищуря свой глаз, Галина на очередной мой вызов всё сделать самой.

«Хочу, – улыбаясь, быстро отозвалась я, не имея ни малейшего понятия, какой пытке хотела подвергнуть меня Галя.

«Ну, – помолчала она многозначно, – тогда, держись, детка!»

Галя поставила меня перед собой. Она сменила свой ласковый взгляд на совсем недобрый и строгий, посмотрела пристально и начала… Она такое начала! О, Боже! Она всё продолжала и не останавливалась… Всё несусветно плохое, всё, что можно было придумать и как-то облечь в слова, – всё это была я.

Всё моё существо ошарашенно смотрело на неё и не могло поверить своим ушам, а ведь я знала, что Галя меня уважает и любит. Тогда зачем эта жестокая терапия? Я стояла, шмыгала носом и тихо плакала, а Галя всё продолжала и продолжала… Она ругала меня, стыдила, поносила и обвиняла в самом худшем. Я не знаю, сколько это длилось.