Когда позовет смерть

Быстро убивает любую самую «чистую любовь»… Как-то вечером он явился весьма нетрезвый, что, в общем-то, было не в его характере, и стал буквально требовать у меня денег, грозить, иначе, мол, его убьют. Я посмеялась, мы, слава богу, в Калифорнии, а не в Мексиканском сериале, пусть обратится в полицию, если ему угрожают. Мы разругались вдрызг, он хлопнул дверью… Наверное, я перегнула палку, надо было заплатить, а уж после прогнать… не знаю… Короче, Микки исчез, и я его не искала, чувствовала себя оскорбленной.

А спустя полгода получаю от Американского правительства извещение о его геройской гибели. Меня как ледяной водой из ведра окатили! Поплакала… Он сгинул в одной из «бурь» – в пустыне ли, в прерии – которые они то и дело учиняют по всему миру… Записался добровольцем в каком-то из передвижных пунктов по набору солдат – автобусы такие специальные колесят по всей стране – и сгинул… Это показалось ему лучшим выходом. – Жули сняла один из браслетов и повертела им в воздухе, на короткой цепочке заплясал брелок – небольшой стальной овал с гравировкой «рядовой Майкл Хоффман».  – Хоронить-то было почти нечего, в гробу лежало всего несколько обугленных костей – то, что удалось выгрести из воронки… Дурачок… И чего ему не хватало? – вздохнув, горестно наморщила она лоб. – Не знаю… Возможно, я тоже виновата, он ведь был еще совсем молоденький… вдруг на него с неба свалилось… больше ничего не нужно делать, все и так уже есть… не справился. После этого дала зарок замуж не выходить, вполне хватит романов – удобно, и никто никому ничего не должен… – Жули, невесело улыбнувшись, вздохнула, – но от этого, знаешь ли, тоже устаешь… от одиночества. Ты ничего не должен, но и тебе не должны. Всегда хочется чего-то большего… Прочного… И вот как-то загораю я – здесь, на острове, в своей персональной крошечной лагуне, а надо сказать, добраться до нее можно лишь вплавь, кругом скалы, и плыть далеко, да и не видно ее ниоткуда с берега – о ней знать надо, поэтому там никого и не бывает… Лежу разморенная на песке – а там чудесный песок, белоснежный и мелкий-мелкий… лежу, по своему обыкновению, голышом – эдакой морской нимфой, когда понимаю, кто-то плывет. Шлеп-шлеп по воде, шлеп-шлеп… Головы не поднимаю, чтоб не заметили. А потом вдруг слышу какой-то вскрик, и человек вроде бы начинает тонуть – шлепки беспорядочные по воде, руками колотит, захлебывается… Ну я как была ню, так и сиганула за ним в воду.