Когда позовет смерть

Что ты все время трясешь головой? Как миленькая все съешь у меня! Одна только просьба, не упрямься, не мешай. Расслабься и плыви…

Жули ловко смешала напитки, после чего снова позвонила. Тотчас возникла Мина, будто только и поджидавшая сигнала.

– Будь добра, принеси-ка нам шали, скоро стемнеет, и можешь приглашать Жака.

Похоже, здесь все было спланировано заранее. Акт первый. Действие второе. «На пиру».

Несколько официантов торжественно внесли горящие факелы. Укрепив их в специальных держателях вокруг фонтана – в колеблющемся свете бурливая вода заискрилась золотыми сполохами – они покинули место действия, чтобы несколько минут спустя прикатить объемистый, багрово пышущий древесным жаром гриль.

За ним последовал высокий разделочный столик на колесиках, где разложено было уже нарезанное мясо, куски рыбы, кальмары, высились горками креветки разных размеров. На другом столе прибыла разнообразная салатная зелень, на нижней полке разместились баночки с разноцветными приправами и посуда.

Маруся во все глаза следила за происходящим.

Скоро появился мэтр – белый верх, темный низ, крахмальный фартук и колпак, серьезное лицо: человек пришел работать. Вежливо поклонившись сидящим, он придирчиво осмотрел нож, который лежал на столике, недовольно поджал губы, пробормотал что-то себе под нос, и принялся перебирать листья салата. Один из официантов, которые изваяниями остались стоять по другую сторону фонтана, вдруг, как ошпаренный, кинулся куда-то в сторону.

– Это не его нож, – шепнула Жюли.

 – Полагаю, кому-то за это порядочно влетит.

– А что такого, он тупой? – удивилась Маруся.

– Почему тупой, нет, конечно. Нож – чужой! Это же искусство. Как скрипач – сыграет-то он на любой даже плохой скрипке, но лучше всего на своей.

Наконец досадная оплошность была исправлена, и Жак вплотную занялся зеленью. Рука его, рассекавшая овощи на идеально ровные полоски, мелькала настолько быстро, что глаз не успевал проследить – это действительно было зрелище. Маруся только отметила, что разные овощи были и порезаны по-разному: одни мелко, другие крупно – для красоты ли, для вкуса ли, бог знает.

Жули заявила, что и для того и для другого.

– Вообще-то, итальянская пословица утверждает, что салат должны приготавливать четыре повара, – заметила она, – Чтобы посолить, надобен повар-скупец, чтобы заправить уксусом – повар-философ, повар-мот вольет масло, а повар-художник все смешает. Мол, только тогда может получиться что-то стоящее.