Коса и камень. Зелот о масонстве

В старину это выглядело так:

Через неделю после его приезда молодой польский граф Вилларский, которого Пьер поверхностно знал по петербургскому свету, вошел вечером в его комнату с тем официальным и торжественным видом, с которым входил к нему секундант Долохова, и, затворив за собой дверь и убедившись, что в комнате никого кроме Пьера не было, обратился к нему:

– Я приехал к вам с поручением и предложением, граф, – сказал он ему, не садясь.

 – Особа, очень высоко поставленная в нашем братстве, ходатайствовала о том, чтобы вы были приняты в братство ранее срока, и предложила мне быть вашим поручителем. Я за священный долг почитаю исполнение воли этого лица. Желаете ли вы вступить за моим поручительством в братство свободных каменщиков?

Холодный и строгий тон человека, которого Пьер видел почти всегда на балах с любезною улыбкою, в обществе самых блестящих женщин, поразил Пьера.

– Да, я желаю, – сказал Пьер.

Вилларский наклонил голову.

– Еще один вопрос, граф, – сказал он, – на который я вас не как будущего масона, но как честного человека (galant homme) прошу со всею искренностью отвечать мне: отреклись ли вы от своих прежних убеждений, верите ли вы в Бога?

Пьер задумался.

– Да… да, я верю в Бога, – сказал он.

– В таком случае… – начал Вилларский, но Пьер перебил его. – Да, я верю в Бога, – сказал он еще раз.

– В таком случае мы можем ехать, – сказал Вилларский. – Карета моя к вашим услугам.

В наше время эта процедура осталась совершенно неизменной. Следует собеседование, опрос, а затем кандидату назначают день приема.

В этот день рекомендатор привозит кандидата в здание масонского Храма, по крайней мере, за полчаса до назначенного времени открытия работ, и проводит его в здание через другую дверь, нежели главный вход для всех прибывающих братьев.

Здесь, в прихожей, он прощается с кандидатом так, чтобы у того создалось впечатление, что больше они, по крайней мере, сегодня, не увидятся.

Затем к кандидату входит другой заранее назначенный брат, не знакомый ему, который ведет кандидата в дальнюю комнату, где они оказываются одни. Не следует вести кандидата в преддверие Храма или в гардеробную.