Орфей спускается в ад

Возьмите трубку.

Долли что-то неразборчиво шипит на ухо Бьюле.

Бьюла (вставая). Просто хочу подождать и увидеть, обслужат ее или нет.

Долли. Она только что сказала, что да!

Бьюла. Все равно подожду!

Вэл (в трубку). Да, сэр, здесь. Передам. (Вешает трубку, затем говорит Лейди.) Ее брат узнал, что она здесь, и едет за ней.

Лейди. Ноги Дэвида Катрира не будет в этом магазине!

Долли. Ой-ой!

Бьюла. В свое время Дэвид Катрир был ее возлюбленным.

Долли. Помню, ты говорила.

Лейди (внезапно оборачиваясь к женщинам).

Бьюла! Долли! Что вы там шипите, как гусыни? (Выходит из-за прилавка.) Отчего бы вам не пойти в… «Синюю птицу»… Кофейку горячего выпьете и поболтаете!

Бьюла. Похоже, нам тут дают от ворот поворот.

Долли. Никогда не задерживаюсь там, где меня не привечают, а если меня где-то не привечают, то в жизни туда не вернусь!

Выходят, хлопнув дверью.

Лейди (после паузы). Зачем вы сюда пришли?

Кэрол. Кое-что передать.

Лейди. Мне?

Кэрол.

 Нет.

Лейди. Тогда кому?

Кэрол пару секунд мрачно смотрит на Лейди, затем переводит взгляд на Вэла.

Ему? Ему?

Кэрол чуть кивает.

Ладно, передавайте что нужно.

Кэрол. Это… очень личное. Можно мне поговорить с ним наедине?

Лейди снимает с крючка шаль.

Лейди. Ой, да ради бога! От плантации вашего братца десять минут езды на небесно-голубом «кадиллаке», подаренном ему богатенькой женой. Так вот, он едет сюда, но в магазин я его не впущу. Я не хочу, чтобы он даже ручки дверной коснулся.

Я знаю, что вы хотите передать, и парень этот знает, так что ничего личного в том нет. Только скажу, что парень этот не продается! Так, пойду на шоссе поджидать небесно-голубой «кадиллак». Как замечу его, распахну дверь и заору, и когда заору – чтобы вы пулей отсюда вылетели! Ясно вам?

ПРИМЕЧАНИЕ: Вышеозначенная сцена немного затянута, это можно исправить, играя ее живо и быстро. Также неплохо обозначить переход между сценой Лейди и Вэла и последующей групповой сценой.

Лейди хлопает за собой дверью. Грохот закрываемой двери усиливает наступающее молчание. Вэл ведет себя не то чтобы враждебно, но нарочито равнодушно. Это говорит о некоей отстраненности, а также о нежелании ввязываться в чужие проблемы. Он держит гитару с благоговейной сосредоточенностью и тихонько берет на ней аккорд. Девушка пристально смотрит на Вэла, тот высвистывает ноту и подтягивает струну, не глядя на девушку.