Последняя книжная вечеринка

Рон в своих круглых очках и с аккуратно подстриженной бородкой, которые делали его похожим на профессора, стоял в кухонном проеме, приобняв девушку. Она была чуть выше его, у нее были короткие волосы ежиком и ряд серебряных сережек в левом ухе. Рон сделал мне знак, приглашая присоединиться к ним, и, чокаясь, ударил своей бутылкой о мою.

– Это Кайла, – сказал он. Заметив Джереми, беседующего с Мэри у столика с напитками, Рон спросил:

– Твой парень?

– О нет. Это Мэри просила позвать его.

Кайла повернулась, чтобы посмотреть, о ком мы говорим.

– Кажется, я знаю этого парня, – сказала она.

– Я тебе рассказывал о нем, – сказал Рон. – Это тот самый возмутительно талантливый Джереми Грант, так же известный под именем «божий дар для прокаженных».

– Неужели я слышу комплимент? – недоверчиво спросила я.

Рон медленно покачал головой:

– Я признаю, что у него есть талант. Но не могу утверждать, что он открыл Америку.

Посматривая на Джереми, Кайла прищурила глаза.

– Это Джереми Гринберг, – сказала она.

 – Я сидела с ним за одной партой на обществознании в школе «Мильберн Джуниор Хай».

– Он сменил фамилию? – спросил Рон.

– Он еврей? – спросила я. – Из Нью-Джерси?

Кайла кивнула:

– Да, да, и да.

Рон повернулся к Кайле:

– Ты из Нью-Джерси?

Она смерила его уничтожающим взглядом, а я посмотрела на Джереми, который смеялся над чем-то, что рассказывала ему Мэри. Я ошибалась на его счет. Он ничуть не ближе миру Фрэнни, чем я.

Кайла подошла к Джереми и, игнорируя Мэри, подняла руку, помахав ему одними пальцами.

Он посмотрел в ее сторону, не узнавая ее, а когда она заговорила с ним, показывая на свои волосы, которые, видимо, не были такими короткими и колючими в восьмом классе, его, кажется, осенило, что они знакомы. Я пыталась услышать, о чем они говорили, но Мэри, которую Кайла исключила из разговора, повернулась ко всем нам и объявила, что ровно через десять минут мы должны будем переместиться в следующую локацию на 71-й улице.

Я допила свое пиво, взяла следующую бутылку и встала у двери, чтобы уйти отсюда одной из первых. Джереми последовал за мной. Не дожидаясь, пока вниз спустятся все остальные, мы потихоньку пошли по улице на запад. Мы прошли примерно квартал, в течение этого времени я размышляла, стоит ли мне что-либо говорить, но в итоге не смогла сдержаться:

– Рада знакомству, Джереми Гринберг.

– Я этого не стыжусь, – сказал он. – Это не было каким-то особым секретом.