Жертвы тирании

Жертвы тирании

Анна Лебедева

Ох, бабоньки, достали эти мужики! Ох достали! Абъюзеры, одно слово. Самооценка у их завышенная. Надо че-то с этим делать!

Анна Лебедева

Жертвы тирании

– И главное, девки, он, гад такой, эту тарелку – шварк об стену! Она чудом в мою голову не попала! А в ней, между прочим, солянка была! С сосисками! Я потом три часа стену отмывала! А у меня, к слову, свежий ремонт! Обои – до-ро-гущие! Что и следовало доказать – мой Исаков – абьюзер! Чистопородный.

Сегодня диспут вела Антонина Исакова, собственница квартиры на третьем этаже. Ее соседки удивленно ахали и охали, слушая очередную лекцию «за жизнь». Тоня вообще такая… яркая женщина, целеустремленная и боевая. Благодаря чрезвычайной начитанности по случаю отсутствия дачи и внуков, а посему – огромному количеству свободного времени, Тоня всегда была в центре внимания. Ее «девочки», самой младшей из которых было шестьдесят семь, просто боготворили Исакову и называли Тоней-Яндексом.

Антонина с утра пребывала не в духе. Битый час подружки пытались ее растормошить, но она злобно отнекивалась. А потом выдала: мол, Колька, муж, – абьюзер, и надо с ним срочно разводиться. Вот это да! В смысле – разводиться? Значение модного словечка «абьюзер» не все поняли. Вот Тоня и открыла девочкам глаза:

– Сейчас ужас, что творится! Мы, бабы, сами приделали к самооценке наших мужиков по три нуля! Вот они и решили, что все им можно! – выступала Исакова.

– Да ты не части, не части! Толком скажи, что это слово обозначает? – взволнованно переспросила тетя Маня с пятой квартиры.

– А тебе на что? Твой абьюзер давно копыта откинул, – резюмировала Тоня, – ну так-то он еще каким абьюзером был!

– Тонька, надоела уже! По-русски говори! – Клавдия Семеновна с восемнадцатой уже выходила из себя.

Тоня начала лекцию. Выяснилось, что этим страшноватым словом величают всех тиранов, которые любят подавлять волю своих жертв и паразитировать, используя чувство вины и страха.

– Вот у меня, например, сегодня, – начала она, – Исаков утром с кровати поднялся, потянулся, покряхтел и, не успев даже рожу умыть, поперся курить на балкон. А у меня на балконе, между прочим, петунии в горшках! Я ему говорю: «Коля, не кури в петунии!» А он…

– А он? – застыли девочки.