Дикари не выбирают принцесс

Перспектива сидеть дома и ждать приезда семейного врача, который все равно не поможет, мягко говоря не радует, только мамина ладонь уже трогает мой лоб, а на лице и в голосе все отчётливее проявляется волнение:

– Миш, все же позвони Яше! Господи, да у нее щеки горят! И глаза ее мне не нравятся! Как бы не простыла… И где успела? Аленька, дай мне ложечку я гланды посмотрю. Лиз, давай-ка, открывай рот.

– Мам, да не простыла я!

– Дочь, не спорь с матерью.

О-о-о, нет… Только препирательств с папой мне не хватало для полного счастья.

Вздохнув, послушно открываю рот. Высунув язык, тяну «а-а-а»… А мама хмурится все сильнее и сильнее:

– Ничего не понимаю.

– Ольга Сергеевна, разрешите я погляжу.

Теперь уже Аля командует, что мне делать, смотрит горло, ощупывает миндалины, даже пульс меряет:

– Нет, простудой тут даже не пахнет, Ольга Сергеевна. Наверное, зачиталась вчера или в интернете до утра просидела, – заглядывает мне в глаза так, будто говорит, чтобы я побыстрее соглашалась, и, увидев мой неуверенный кивок, качает головой.

 – Ну вот! – вздыхает, – Вот дурная ты голова, Лизавета! Сейчас бы Якова вызвали, а ты… Э-э-эх! Баламутишь людей почем зря.

– Да там сериал просто новый вышел… Решила посмотреть одну серию, и как-то затянуло… незаметно, – я судорожно вспоминаю названия последних, о которых слышала, и ляпаю, опережая вполне резонный вопрос, – «Зомби возвращаются в полночь».

– Лиза!

Мама, всплеснув руками, уже сердится, папа с улыбкой хмурит брови, а Аля, перекрестившись, крутит пальцем у виска:

– Ой дурная! На ночь-то такое кто смотрит!? – и обернувшись к родителям разводит руками.

 – Я бы после пяти минут этих зомби до утра глаз не сомкнула, а она весь сериал… Может интернет ей отключить, чтобы ересь всякую не смотрела?

– Алевтина, твоя радикальность здесь абсолютно ни к чему, – папа, как всегда, заступается за меня. – Любые запреты ни к чему хорошему не приводят. Даже наоборот, только повышают интерес к запретному.

– Михаил Васильевич, я, конечно, вас очень уважаю, как дипломата, но воспитатель из вас… – Аля смеётся, когда папа укоризненно качает пальцем на оставшийся не произнесенным намек.

– Алевтина Гавриловна, не подрывайте родительский авторитет в глазах ребенка!

– Ой-ой-ой! То-то я понять не могу, что это девке двадцать один годик стукнуло, а она все кошмарики по ночам смотрит вместо того, чтобы спать, как все нормальные люди.

– Посмотрела, больше не будет.