Дикари не выбирают принцесс

– Господи! Господи ты мой! Ой, мамочки! Что ж вы творите-то! – она зажмуривается каждый раз, как начинается безумная мясорубка внутри клетки, и вскрикивает, когда в правое плечо Блада прилетает несколько ударов, и его рука падает вниз.

Я не видела этот момент и знаю, что потом бой продолжится, а Блад в нем победит. Только сердце все равно замирает, сбивается с ритма и начинает колошматиться, как сумасшедшее от звука гонга. Останавливаю запись, но Аля забирает у меня телефон и перескакивает по полосе прокрутки, приближаясь к концу боя.

Выдыхает с облегчением, увидев рефери, поднимающего левую руку Демона, и дергано крестится.

Несколько минут она молчит, а потом откладывает мобильный на постель и начинает нервно смеяться, мотая головой.

– Алечка?

– Ой, Лизка, – хохочет все сильнее, показывая пальцем на экран телефона. – Это с ним что ли Дима подрался? – я киваю, а Алевтина снова заходится от хохота. – Хоть бы придумал что-нибудь правдоподобное, заступник. Я-то думала, что ты приукрасила, а теперь… – оттерев выступившие слезы, взмахивает ладонью и после смотрит на меня пугающе-серьезным взглядом.

 – Не услышишь ведь все равно, но скажу. Не езди ты к нему больше. Не пара тебе такой, Лиз. И Дима не пара, и этот тоже. Вскружит голову, поиграется пока не сломает и выбросит.

– Аль…

– Не говори ничего, по глазам вижу, что слышать этого не хочешь. Только где ты, а где он? На нем одном свет клином сошелся?

– Не знаю.

– Ох и глупая ты у меня все же…

Она вздыхает, я отвожу глаза в сторону.

Может и глупая, только Гордеев мне не снился ни разу.

Я замираю, сжимая в руке пакет с пирожками. Аля ничего не сказала, когда собирала их, лишь покачала головой. Только меня тянуло сюда. Так, что не было никаких сил остаться дома и думать о чем-то другом. Вызвала такси, стараясь не смотреть в сторону стоящей в дверях кухни женщины, и поехала. Поднялась на второй этаж и поднесла палец к кнопке звонка, а внутри головы война, в которой нет победителя.

Будто меня располовинили, и одна часть кричит бежать домой и быть благоразумной, а другая, наоборот, требует нажать на кнопку. Обе по-своему правы и неправы одновременно. Но даже намека на решение нет и не будет, хоть монетку кидай. С верхнего этажа доносится щелкающий звук замка, я вздрагиваю, а за дверью раздается короткий звонок. Вот и нашлась монетка. Сердце стучит в груди на приближающиеся шаги и практически выпрыгивает наружу от колючего взгляда серых глаз.