Я стану твоим другом

– Работает за деньги или просто так?

Иван уже догадался о задумке брата и расстроился: ему совсем не улыбалось вкалывать на прополке помидоров, кабачков и моркови. Он терпеть не мог полоть грядки.

– Конечно за деньги. Ей надо обеспечить себя, собрать денег на жизнь. Это вы не задумываетесь, откуда что берётся? Родители всё вам купят и на блюдечке поднесут, а вы ещё и шкодничаете. Знаете, в какую копеечку влетел ремонт машины?

Мальчишки виновато опустили головы. Они понятия не имели, на какую сумму разорили родителей.

Тогда Феликс на выходных приехал погостить к брату и уговорил его прокатиться. Иван с радостью согласился, позабыв про запрет отца, и вот чем закончилась их поездка.

– Дед, сколько платит Григорьев за прополку одного ряда?

– Двести пятьдесят рублей. Марья хвасталась, внучка по тысяче в день приносит.

Глаза Феликса загорелись. Впервые ему стало интересно на хуторе. Ведь он вполне может заработать себе на новый телефон и отличную музыкальную колонку.

Если слабая девчонка получает по тысяче в день, то он способен и две тысячи отхватить.

– А ему не нужны ещё помощники? Мы готовы. Да Вань?

Иван нехотя кивнул.

– Отчего же не нужны. Нужны. Николай жаловался, что морковь зарастает, не успевают прополоть, – усмехнулся дед в усы. Он посмеивался про себя над внуками. Городской житель Феликс просто не подозревает, насколько трудна работа в поле. Ивана он и вовсе считал лентяем, только и способен в телефоне играть, да на кровати без дела валяться.

 – Я даже распорядок дня вам поменяю. Вместо зарядки будете отправляться к Григорьеву на поле.

Феликс радостно потёр ладони. И денег заработает и с девочкой увидится. Он не обратил внимания на мрачное лицо брата, тому точно не хотелось менять образ жизни, ставший уже привычным.

На следующее утро Феликс проснулся без будильника, ночью ему снилась Дарина. Они вместе плавали в реке. Капли воды стекали по её розово-белой коже на лице, по губам, по подбородку и падали в разрез купальника.

Ему всё время хотелось заглянуть туда, где виднелись полукружья груди. Было томительно и сладко. Она смотрела на него своими тёмными глазами, окружёнными мокрыми стрелочками ресниц, от этого взгляда его сердце выскакивало из грудной клетки. Феликс сел на кровати, чертыхнулся. В четырнадцать лет взбесившиеся гормоны часто не давали ему покоя. Он отправился в ванную комнату и закрыл дверь на задвижку. Ивана разбудил шум льющийся воды.