Слово – не воробей!

И уж запихивать на коленки егозливого пацаненка было совсем не вариант.

Стоит отметить, что автобус был старой доброй моделью "Икаруса", славного своими мягкими креслами и очень узким центральным проходом. Один человек еще проходил, крупный бочком, а если набивалось много народу, то выйти-зайти было кошмарным квестом, при котором отдирались не только пуговицы, но и рукава с поясами.

И вот едем мы обратно, возвращаемся с покупками. Малой у окошка с коробками и пакетами, а я ближе к проходу. Автобус битком, а на остановках толпа еще и прибывает.

Лето. На улице полный тридцатник жары. И пятничная пробка. Все злые, усталые. В воздухе стоит ощутимое напряжение. Как перед грозой.

Около меня с ноги на ногу переминается гражданка с семью пакетами. Довольно тяжелыми на вид. С помощью массовки и жары содержимое пакетов неудержимо превращается… в месиво. Гражданочка тихо звереет. А я даже не предлагаю взять ее сумочки, поскольку занята своими ногами.

И в один непрекрасный момент терпение дамочки лопается.

– Женщина! Возьмите ребенка на руки! Уступите место! Вы же видите, у меня сумки тяжелые!

– У меня на ребенка билет с местом, – отвечаю кратко, спокойно, билет показываю.

– Да мне все равно! У нас у всех билеты! Вы же видите, какая ситуация? Совесть имейте!

Молча продолжаю показывать билет.

Гражданке срывает последний стоп-кран. Она начинает истошно кричать на весь автобус о наглых "яжематерях", которые понарожали, ведут себя борзо, сами хамки и детей так же воспитывают. Молчу.

Лучшая тактика – тишина. Надеюсь, что прооравшись мадам успокоится. Ноги болят немилосердно. Попутчица зовет кондуктора.

Кондуктор, вздыхая и матерясь про себя, протискивается по узкому проходу, выжимая из бедных пассажиров последнюю влагу. Я молча предъявляю билет сына. Ребенок вжал голову в плечи, скукожился и пристально смотрит в окно, каменея затылком и алея ушами. Беспристрастный арбитр-кондуктор признает мою правоту. В это время весь автобус активно и громко дискутирует по нашей ситуации, обсасывая проблему с этической и моральной точки зрения.

А что? Времени навалом, стоим в пробке! По всему выходит – я последняя мерзавка.

И так – два часа. Перемыли косточки мне, моим родителям и дедам, моим детям и всем женщинам, имеющим детей.

Особенно понравился мне перл о том, что если есть деньги на автобусный билет для ребенка, то ездить нужно на такси, а не отнимать места у остальных граждан!

Места я так и не уступила. Сумки взять не предложила.