Пассажир один не полетит

Хуже всего было, конечно, в 2023-м, но об этом вам знать пока что рано.

И да, я не спас ещё никого. Ни единого человека. Но это не значит, что я когда-нибудь перестану пытаться.

    20.03.2023

Пассажир один не полетит

– Ничего не выйдет! Тут и вдвоём-то не взлетишь! А втроём точно никак! – пилот возбужденно размахивает руками.

Он только что пробежался до края обрыва, наверное, ещё и шаги посчитал. Воздух уже по-осеннему прозрачен и с высоты двух тысяч метров открывается великолепный вид.

Словно топографическая карта под ногами. Желто-красные лесопосадки, зелёные виноградники… Вон там, чуть правее, игрушечные крыши деревушки Ассерджи.

Где-то недалеко от них площадка фуникулёра. Канатная дорога проложена прямо сюда, на плато. Италия. Я не люблю Италию.

– Пассажир один не полетит, – жестом останавливаю я объяснения пилота. Тот замолкает на полуслове и разводит руками.

Я, конечно, мог бы спуститься вместе со всеми на фуникулёре, а их с пилотом отправить в Рим одних… Вот только теперь я пассажира нашего не оставлю.

Ни на минуту.

Мы искали его всё лето. И за это чертово лето чего только не было!

Безнадёжные поиски вслепую, бесчисленные расспросы агентов, проверки разведданных. Бесконечные скитания по портовым кабакам, в надежде узнать хоть что-то. Разговоры с какими-то матросами, торговцами и прочими тёмными личностями. Переезды и даже перелёты. Ощущение, что драгоценное время утекает сквозь пальцы.

В июле нас над Сардинией сбили союзники. И пока мы плавно падали в лесопосадки, я думал о том, что задание, всё-таки провалил.

Если бы тогда не удалось сбить пламя, если бы не удалось сесть прямо в поле… Ну уж нет!

Теперь пассажир номер один останется со мной, и я довезу его живым, чего бы это мне не стоило. Ну или не довезу…

– Слушай, – говорю я пилоту, – успокойся, всё будет хорошо. Никто не знал, что второй Шторх сломает шасси. На ремонт нет времени. Улетать надо прямо сейчас, пока ребята внизу фуникулёр удерживают.

Пилот молчит. Мы оба смотрим как солнце медленно опускается за черту обрыва.

Оно тоже торопит нас. Десантники молча курят в стороне. Все ждут моего решения. По запылённым лицам трудно что-то понять, но глаза их тоже прикованы к заходящему солнцу. Они точно никуда не уйдут, пока самолёт с пассажиром не оторвётся от земли.

– И потом… Если вы вдвоём не сможете взлететь или вас собьют по дороге или арестуют по прилету в Рим… В общем, меня тогда всё равно расстреляют. Так что летим втроём.