Честная история мамы особенного ребёнка

Взгляд снова упал на большую икону Божьей матери над входом.

– На кресло, – прозвучал чей-то голос рядом. Обернувшись, я увидела в кабинете заведующую отделением, серьёзную и строгую женщину. Возле неё стояли две медсестры, и взгляд их не выражал ничего радостного.

Закончив осмотр, врач сказала:

– В родах! Готовьте к операции.

Медсестра, которая стояла слева от меня, пожала плечами. Она указала мне рукой на икону и сказала:

– Видишь икону? Молись!

Видишь икону? Молись. Её слова застряли в ушах.

Я слышу их и по сей день.

Меня повезли экстренно готовить к операции кесарево сечение. Конечно, операция должна была пройти планово через три недели. Но вот уже две недели всё шло не по плану. Я лежала в больнице на «подкормке плода». Это означало, что ребёнок внутри меня перестал набирать вес. Я получала лечение ежедневно, но желаемого результата оно не принесло. И вот спустя две недели больничного заключения у меня неожиданно отошли воды.

Я нашла минутку и позвонила маме.

– У меня воды отошли, – говорю.

Мама взволновалась. Она родила троих детей и понимала о таких ситуациях побольше моего. Потом я позвонила мужу. На моё удивление, он обрадовался.

– Дочь сегодня родится! – говорит. И ликование в голосе.

Я легла на каталку, и меня повезли в операционную. Рядом шла молодая медсестра. Она была внимательна и много улыбалась. От её присутствия стало легко и тепло.

В операционной всё происходило быстро. Врачи окружили меня, каждый выполнял свою манипуляцию.

Последнее, что я запомнила, это тревожный голос заведующей: «Поторопитесь», и мягкий голос анестезиолога: «Спокойно, уже почти». А потом стало темно.

Глава 2

Я просыпаюсь на операционном столе и первое, что чувствую, это сильную боль внизу живота. Вокруг по-прежнему много медработников. Мне что-то говорят, но я всё время думаю про боль. Две медсестры подходят к операционному столу и пытаются переложить меня на каталку. Я шепчу: «Живот, живот». Но никто не обращает внимания.

Окружающие озадачены.

Меня закатывают в большой лифт с женщиной-лифтёром. Лифт предназначен для пациентов, которых везут на операцию или обратно. Весёлая женщина-лифтёр поворачивается к медсёстрам и спрашивает: «Ну, кто? Мальчик или девочка?» Но те молчат. Я лежу и думаю: «Чего же вы молчите? Девочка ведь, девочка!» И сама отвечаю ей шёпотом: «Девочка».

Меня привозят в палату. В ней две кровати, но из пациентов я одна. Где-то постоянно звонит мой телефон.